Девочка Эмина

Ты бросился, — нахмурился седовласый, — поэтому я спрашиваю, Эмин: готов ли ты? Ведь, судя по тому вечеру, ты сам не знаешь, чего хочешь.

— Я знаю, чего хочу, Вадим. Тогда я не был готов. Ты осведомлен, какие проблемы могут возникнуть, если просто пустить ему пулю в лоб. Иначе бы я давно это сделал.

— Я искренне на это надеюсь, потому что ребята ждут твоего ответа. Чем раньше начнем, тем раньше обезумевший Булат ляжет в могилу.

Расторгуев впился в меня серьезным взглядом.

Игра могла не стоить свеч, и его опасения оправданы.

— Ты, наверное, хочешь знать, почему после стольких лет дружбы я настроен против Булата? Думаешь, что я предатель?

— Мой отец давно слетел с катушек, и не ты один хочешь его убрать.

— Верно, и люди Булата примут только его наследника — тебя. Ах да, у меня кое-что для тебя есть, Эмин.

Расторгуев поднялся со своего места и вытащил из пыльного шкафа черный пакет. Мы встретились в том же клубе, куда он велел привести Диану.

Я насторожился.

— Это твой пистолет, — пояснил Вадим, — тот самый, из которого ты убил какую-то девчонку из Сибири.

Прибыв в Москву, я пытался отыскать свое оружие, но поиски завели в тупик. А потом я узнал, что Диана в руках Альберта, и у меня сорвало крышу. После ареста Басмановых оставаться в Москве уже было небезопасно. Я вернулся в Волгоград, чтобы быть готовым к обыскам.

Но за мной никто не пришел. Теперь понятно, в чем была причина.

— Будешь шантажировать? — процедил я.

Дело шло именно к этому.

Но Вадим подошел ко столу и положил черный пакет рядом со мной.

— Я знаю, что ты — человек чести, Эмин. Я не стану шантажировать. Просто займи место отца и дай нам и дальше вершить прежние дела.

Я вытащил оружие из пакета.

Точно мое.

Отец тогда предал меня, вверив улику Эльдару. И сейчас настало время отомстить.

— Но откуда он у вас? — я прищурился.

Ситуация меня злила. На удачный крючок меня посадили.

— Мы забрали его еще до всей московской заварушки. Поэтому ты не нашел пистолет в доме Эльдара.

Я стиснул челюсти. А так бы нашел. И никому бы не был обязан.

Расторгуев хочет казаться благородным, когда уже кинул удочку, и на нее успешно клюнули.

— Тебе придется тяжело с Эльдаром, когда его выпустят. Но к тому времени ты обретешь силу. Мы всегда будем рядом, ты всегда будешь нас поддерживать. Идеально, правда?

Не слова, а мелодичная песня играла в моих ушах.

Баш на баш. Мы тебя посадим, а ты оставишь нас на прежних местах."

"— Мы — это кто? — уточнил я сразу.

— Я, Алиев и Андреев, ты его знаешь.