Девочка, которая пила лунный свет

Она считала, что ее любят. Она была права ровно наполовину.

Ей было пять лет; потом – семь; а потом исполнилось целых одиннадцать.

Хорошо, когда тебе одиннадцать лет, думала Луна. Ей нравилось это число, такое симметричное с виду и несимметричное на самом деле. С виду четное, а на самом деле – нет; притворяется одним, а ведет себя как другое. Так ведут себя все дети в одиннадцать лет, думала – или, точнее, подозревала – Луна. Все свои познания о других детях она почерпнула из походов в Вольные города вместе с бабушкой, причем та брала ее с собой не всегда.

Иногда бабушка уходила одна. И каждый год это сердило Луну все больше и больше.

Ей было целых одиннадцать лет – число четное и нечетное, гладкое и колючее одновременно. Она хотела быть всем сразу – ребенком, взрослым, поэтом, инженером, ботаником, драконом. И так далее. Сама мысль о том, что иногда бабушка берет ее с собой, а иногда – нет, ужасно ее возмущала. И Луна сообщала о своем возмущении. Часто. И громко.

Когда бабушка уходила, Луна большую часть времени проводила в мастерской.

Там было множество книг о металлах, камнях и воде, о цветах, мхах и съедобных растениях, о строении животных, поведении животных и разведении животных, о теории и практических принципах механики. Но больше всего Луна любила книги по астрономии, особенно – те, в которых рассказывалось о луне. Она так любила луну, что, если бы только могла, обняла бы ее изо всех сил и пела бы ей песни. Она мечтала собрать лунный свет, весь, до капли, в огромную чашу и выпить ее досуха. Жадный ум, необоримое любопытство и страсть к рисованию, изобретательству и прихорашиванию – вот какова была эта девочка.

Пальцы ее словно обладали собственным разумом.

– Смотри, Глерк! – говорила Луна и показывала механического сверчка, которого собрала из ошкуренного дерева, снабдила стеклянными глазами и тоненькими металлическими ножками на пружинках. Сверчок умел прыгать, скакать, вытягивать лапки и хватать мелкие предметы. Он даже умел петь. Сейчас Луна настроила сверчка так, чтобы он переворачивал страницы книги.

При виде этого зрелища Глерк наморщил большой мокрый нос.

– Видишь, он переворачивает страницы, – сказала Луна. – В настоящей книге. Это самый умный сверчок на свете!

– Он листает бездумно, – возразил Глерк. – Он даже не читает. А если бы и читал, то наверняка медленнее тебя. Как бы ты тогда узнала, когда переворачивать страницу?

Конечно, Глерк просто поддразнивал Луну. По правде говоря, сверчок произвел на него большое впечатление.