Девочка, которая пила лунный свет

Он неловко ступил внутрь и низко, как всегда, поклонился дяде. Выпрямившись, он заметил, как дядя взглянул ему в лицо и вздрогнул. Обычное дело. Шрамы Антейна по-прежнему пугали людей. Он к этому уже привык.

– Спасибо за позволение прийти, дядюшка, – сказал он.

– Можно подумать, у меня был выбор, племянник, – ответил глава Совета старейшин, глядя в потолок, чтобы не видеть лица гостя. – Мы ведь не чужие.

Антейну подумалось, что дядя недоговаривает, но он решил не обращать на это внимания.

Глава Совета старейшин встал.

– Никаких «в любом случае», племянник. Я целую вечность просидел, ожидая твоего прихода, но сейчас мне пора на Совет. Помнишь, что такое Совет?

– О да, дядюшка, – ответил Антейн, внезапно оживившись. – Затем я и пришел. Я хочу обратиться к Совету. Я ведь когда-то тоже был его членом. Можно? Прямо сейчас.

Глава Совета старейшин растерялся.

– Обратиться… – он запнулся, – обратиться к Совету?

Простые горожане никогда не являлись на Совет. Это было не принято.

– Но… – начал было Герланд.

– Я знаю, что обычно так не делают, дядюшка, и понимаю, что это может поставить тебя в неловкое положение. Я… давно не надевал мантию. И хотел бы, пусть с опозданием, извиниться перед Советом и поблагодарить старейшин за то, что они дали мне место за своим столом. Я этого так и не сделал, и мне от этого тяжело.

Это была ложь. Антейн сглотнул. И улыбнулся.

Ему показалось, что дядюшка несколько смягчился. Глава Совета старейшин переплел пальцы и задумчиво коснулся выпяченных губ.

– К псам все традиции, – сказал он. – Совет с радостью тебя выслушает.

С этими словами глава Совета старейшин встал, положил руку на плечо блудному племяннику и, улыбаясь, повел его в зал собраний. Молчаливый прислужник открыл перед ними дверь, и дядя с племянником ступили в тускло освещенный вестибюль.

И в груди у Антейна проклюнулась крохотная липкая почка надежды.

КАК И ПРЕДСКАЗЫВАЛ Герланд, члены Совета встретили Антейна весьма радостно, воспользовавшись его приходом для того, чтобы поднять стаканы за его непревзойденное мастерство и великолепное ведение дел, а также за необыкновенную удачу, подарившую ему руку самой доброй и умной девушки во всем Протекторате.