Девочка-лед

— Так и будешь бесконечно мстить мне за Арсеньеву? — спрашиваю его в лоб.

Почему именно сейчас? Да сам не знаю… Наверное, мое состояние — тому причина. Либо момент настал подходящий.

Абрамов аж меняется в лице.

О да! Уж я-то знаю, как зацепить этого бездушного! Вон даже костяшки пальцев, сжимающих бокал, побелели. Про глаза вообще молчу. Если бы можно было сжечь взглядом — я бы уже превратился в труху и пепел.

— Не думай, что мне не ясны твои мотивы, — прямо заявляю я.

— Причем тут твоя шалава и Арсеньева? — цедит он.

— Шалава — твой Макар. Лисицина — не такая! Все брехней оказалось. Я еще доберусь до него и настучу по башке за небылицы.

— НЕ ТАКАЯ, — тянет Ян насмешливо. — Проверил уже, что ли? Неужто так быстро ноги раздвинула?

Я хватаю его за рубашку.

— Тихо, Беркутов, угомонись, — не моргнув и глазом, произносит спокойно. — Все они НЕ ТАКИЕ. А потом идешь однажды мимо — и вот твоя ненаглядная с лучшим другом зажимается.

— Кретин, — резко отпускаю его, и скулы непроизвольно вспыхивают.

— Я уже не раз объяснял тебе, КАК все было, — устало тру висок. Голова разболелась адски. А еще какое-то неприятное предчувствие покоя не дает.

Случайно цепляю взглядом пеструю, рыжую шевелюру, промелькнувшую в толпе. Харитон. Она-то мне и нужна.

— Пусть в аду горит твоя Арсеньева, — зло гаркает он, оставляя пустой бокал на столике.

— Там она благодаря тебе уже побывала, — замечаю я мрачно.

Абрамов мою реплику никак не комментирует.

Полагаю, ему нечего возразить. Потому что я озвучил правду.

Направляюсь в сторону Сашки, и она, завидев меня, идет навстречу…

Рыжая озадаченно сводит брови.

— Лиса где? — спрашиваю, даже не поздоровавшись.

— Так я думала с тобой, — удивленно лупится на меня своими огромными глазищами Харитонова.

— Думала она… Звони давай. Я в черном списке.

Харитонова, доставая из сумки телефон, откровенно смеется.

— И давно притом! Косяк на косяке, Беркутов! — театрально возмущается. — Что ж ты, Повелитель Цифр, глупенький такой!

Фу, как меня бесит это сюсюканье с уменьшительно-ласкательными!

— С Лисицыной как с вазой хрустальной надо обращаться, а ты танком прешь на васильковое поле! — недовольно поучает конопатая.

— Слушай, конопля, оставь эти свои советы для кого-нибудь другого.

— Вне зоны доступа, — закусывает губу, в растерянности глядя на экран. — Странно.