Девочка-лед

Может, нужно приготовить что-то еще?

— Ален, не угробляйся, давай из ресторана все закажем.

— Зачем из ресторана? — искренне удивляюсь я. — У тебя там столько продуктов, что можно и самим приготовить, что угодно.

— То есть ты настроена готовить? — поворачивается ко мне и вскидывает бровь.

— Я… не подумай, что хозяйничаю… просто…

— Ален, сразу предупреждаю, от меня толку ноль. — улыбается он, — Так что хозяйничай сколько угодно, если тебе не в тягость. Серьезно, хочешь что-то приготовить, делай. Но не подумай, что я тебя для этого сюда привез.

Я киваю, чувствуя вновь одолевающее меня смущение. Он возвращается к своему занятию, а я… решаю, что пусть хоть какой-то толк от меня будет. Все-таки Роман забрал нас к себе, приготовил подарки. Могу же я в ответ тоже что-то сделать? Невзирая на наше прошлое, которое отчего-то вспоминается все реже.

— Ульян, а давай мы с тобой Рому удивим?

— Давай! — загораются в момент ее глазки.

Роман появляется на кухне спустя полтора часа. К этому времени мы с моим маленьким, болтливым поваренком успеваем приготовить закуски: «сырных Снеговиков» и «рулеты по-царски».

Также я ставлю в духовку курицу и картофель, делаю еще один салат и начинаю жарить отбивные. Полагаю, на грохот, доносившийся пять минут назад, он и пришел. Наверняка, переживает, что я сломала ему тут чего-нибудь.

— Рома, ты не переживай, я аккуратно тут все, и с ножами японскими вашими, и со сковородой…

Парень пялится на происходящее вокруг, и глаза его полны искреннего изумления.

— Я ничего не сломала, не сразу разобралась с холодильником, он закрылся и не открывался, но потом вдруг на экране включился голосовой помощник и подсказал нам…

— Да, у тебя говорящий холодильник. Ты знал, Рома? — хохочет Ульяна.

Беркутов молчит. Подходит ко мне, рассматривает снеговиков, которых я убираю в холодильник, затем заглядывает в духовку, а после наблюдает за тем, как я переворачиваю отбивные.

— У тебя чудо, а не сковородки, — искренне восхищаюсь я.

 — Покрытие не поцарапаю, не волнуйся, все лопаточками, у тебя тут их столько…

Он по-прежнему не произносит ни слова, а я, занятая параллельным приготовлением бананового чизкейка, для которого обнаружила все необходимое, начинаю лихорадочно соображать, что не так. Может, я разошлась чересчур?

— Ром, ты прости, я, наверное, взяла то, что нельзя? — тараторю извиняющимся тоном.

— Лисица, — он вдруг приобнимает меня за талию и наклоняется ближе к моему лицу.