Девочка-мечта

Помню только, что водитель отзвонился отцу, причитая о том, что со мной творится какая-то неведомая херня. А потом все как в тумане. Просьбы отца поесть и принять какие-то «колеса», чтобы поспать и успокоиться. Видите ли, ему надоело слушать мой бесконечный вой. Пару раз был сам, требовал назвать имя смертника, что посмел обитель меня, изображал примерного папашу. Потом, видимо, надоело кривляться и в мою комнату штабелями пошли мозгоправы.

В топку! Да и мне самой было противно от того, в кого я превратилась – скулящая жалка псина.

Тем более, если учесть, что я с каждым днем все чаще думала о том, чтобы позвонить Стасу или написать. А потом просить хотя бы крупинку любви для меня.

Малюсенькую! Мне и бы и того хватило. Вот тогда-то мне и стало по-настоящему страшно.

Спустя пару дней выползла из своей комнаты и к отцу. Захлебываясь слезами, попросила как можно быстрее отправить меня из страны. Согласился быстро, а я наконец-то выдохнула, потому что верила – с глаз долой, из сердца вон.

Правда это только в поговорках все так радужно, а вот на деле…м-да…

На выпускной я так и не пошла. На звонки и сообщения Рябовой и Седых больше не отвечала. Но, Дима, оказался тем еще сталкером. Выследил, подошел в аэропорту, долго смотрел на меня, пряча руки в карманы джинсов и молчал. Так и стояли как два идиота, смотря по сторонам и совершенно не понимая, зачем тратим друг на друга драгоценное время.

– Останься, Арин. Все забудется, – наконец-то взлохматил шевелюру парень.

– Не понимаю, о чем ты говоришь и куда клонишь, – многозначительно посмотрела я на часы.

– Останься, – повторил Седых, – со мной.

– Не буду тебя обманывать, Дима. Я этого не хочу.

– А чего хочешь? – вдруг неожиданно громко психанул бывший одноклассник и мы тут же привлекли всеобщее внимание, и даже мой охранник сделал шаг ближе, но я его тут же осекла, – Этого нищеброда?

– Да ничего я уже не хочу, – отмахнулась я.

– Я тебя все равно дождусь, Арин, – сделал решительный шаг в мою сторону Седых, но я тут же отступила.

– Мне все равно, чем ты будешь заниматься, – отвернулась и облегченно вздохнула, увидев, что ко мне поспешно приближается отец в сопровождении своих амбалов.

А затем я улетела в Англию, чтобы поступить в Империал, чтобы начать новую жизнь и забыть Гордеева.

Два года вообще пролетели мимо меня, кроме учебы ничего и никого вокруг себя не замечала.