Девочка-мечта

Это же рай! Понимаете?

Одна его рука ложится мне на поясницу, вторая прихватывает ладонь, а я захлебываюсь его запахом и, прежде чем все случится, просто жадно накачиваю свои легкие им. Чтобы запомнить это навсегда. Он пахнет так сладко, немного надеждой, чуть-чуть счастьем, а еще деревом, цитрусами и совсем немного пряностями. Сногсшибательное сочетание, перед которым невозможно устоять.

Окидываю его взглядом. Вздыхаю обреченно. Ну как же он красив. И костюм так невероятно ему идет, и эта белоснежная рубашка, запонки и галстук-бабочка.

– Стас, – блаженно тяну я, понимая, что произнесла его имя вслух, а не про себя.

– Что? – спрашивает сухо, безжизненно и даже не смотрит на меня.

– Без проблем, – прерывает и сканирует толпу.

– Я не должна была говорить то, что сказала тогда о твоей маме. Я поступила некрасиво, непорядочно и вообще сунула нос туда, куда не имела права его совать. Мне стыдно за себя и свои слова.

– Арин, я очень тебя прошу, перестань. Я принимаю твои извинения, но и хватит на этом.

И вообще, я бы хотел ограничить наше общение. Это понятно? – он жестко впивается мне в глаза своим непреклонным взглядом, и я почти умираю.

– Почему? – срывается с моих губ отчаяние.

– Что значит, почему? – хмурит он брови и я вдруг замечаю, что его взгляд с моих глаз переместился на мои губы.

– Почему мы должны ограничить общение, Стас? Я настолько противна тебе?

– Нет, – хмурится и чуть сильнее стискивает мою ладонь, – но…

– Тогда может мы постараемся быть терпимее друг к другу? Это ведь не сложно.

Вот смотри. Достаточно же простого дружелюбного диалога. Я начну первая. Идет? Хэй, Стас, ты отлично выглядишь сегодня. А что думаешь по поводу моего платья? Тебе оно нравится? – меня мелко потряхивает изнутри, но я не планирую сворачивать назад. Уже нет.

Переводит взгляд на мое декольте.

Отворачивает и цедит:

– Нравится, – и я от одного этого слова погружаюсь в концентрированную нирвану.

– И ты мне нравишься, – произношу я.

– Что? – его глаза полны смятения и мы, в буквальном смысле, замираем посреди танцпола.

Все, Арина, назад дорогие нет.

– Я говорю, что ты нравишься мне. Таким, каким стал. И таким, каким был раньше. Нравишься, – произношу, а сама понимаю, что еще немного и упаду в обморок, – Стас, я…

Пытаюсь закончить, но не успеваю сказать два самых главных слова – «люблю тебя». Потому что Гордеев уже спешит ответить мне, хотя лучше бы промолчал.

– Арина, хватит.