Девочка-мечта

А ты просрал дело или забил, хрен тебя пойми! – метнулся к окну Толмацкий и гневно подкурил отраву, поглядывая на меня исподлобья.

– Позвоните ее жениху. Уверен, он быстрее найдет пропажу, – буркнул я.

– Какому, к чертям собачьим, жениху? – осклабился мой босс.

– Магнару, – процедил я.

– Она с ним еще по весне рассталась, окстись. Какого рожна я должен с него что-то требовать?

Ага, расстались. Так расстались, что до сих пор его пожитки в ее квартире кукуют, а этот хлыщ ей смски царские шлет любовного содержания.

И снова меня захлестнула волна почти бесконтрольной ярости. Сучка блудливая!

– А вы ему звонили, прежде чем меня пытать? – почти огрызнулся я.

– Блин, представь себе, Стас, я не сидел три дня, сложа руки, – выдохнул Толмацкий, – она не с ним.

Боже! Да что же так больно-то?

Не выдержал. Не смог. Прямо там скорчился от боли.

– Что с тобой? – услышал я от окна.

– Думаю, – вытолкнул из себя одно единственное слово, а потом закрыл глаза и вновь как по заказу получил порцию сладких, но таких ядовитых воспоминаний.

И где-то тут, в кабинете ее отца, мне впервые в голову прокралась пугающая до безумия мысль, что я где-то свернул не туда, что-то упустил из виду, недопонял, извратил, испортил. Не она, а я сам!

Или это очередная жестокая игра?

– Она с кем-то встречалась из коллег, Стас? – еще один вопрос-пуля в упор и в самое сердце.

– Подкатывали только, ничего серьезного.

– Да. Привалова она бортанула, сказала, что у нее уже кто-то есть.

Блин, а может помимо Магнара и меня, дурака, у нее был еще какой-то хрен моржовый? Вот с ним она сейчас и свинтила в закат…

И тут же зубы скрипнули от острого, жгучего приступа ревности.

– Сан Дмитрич, мы с Ариной общались только по рабочим вопросам. Все. Понимаете? Я не был ей, ни приятелем, ни другом, чтобы она делилась со мной секретами своей личной жизни.

Да, я ее только трахнул три раза и смылся. Вот и все общение.

– Понятно все. Ладно, можешь идти.

Но я выдержал его прямой, суровый взгляд, а потом медленно кивнул, встал со стула и точно так же неторопливо покинул кабинет. В полной прострации добрался до своего рабочего места и рухнул в кресло, а потом вцепился в волосы и в изнеможении прикрыл глаза.