Девочка-мечта

И какая бы не стояла преграда

Между нами – хоть лёд!

Ты – моя главная награда,

Которая меня спасёт.

Сам всё потерял, теперь кусаю губы,

А ты, увы, не смотришь вновь.

Но, знай, нет сильнее амплитуды,

Чем моя к тебе любовь.

Я буду писать тебе, слышишь?

Стихи, письма, признания!

Я хочу чувствовать, как громко ты дышишь

На нашем последнем и первом свидании.

Я не дам тебе убежать,

Не дам вечность обижаться,

Я больше не могу тебя терять,

Пусть и знаю – эпично облажался.

Температурю, горю огнём

Тобой одной жил и существую,

Давай мы будем только вдвоём?

Неужели не видишь, как сильно ревную?

Схватить в охапку – не отпускать,

Привязать к себе намертво,

Мне только бы верить и знать,

С тобой безнадёжно и правильно…

Тепло нежных рук и запах духов,

Нежный, неповторимый, пряный.

Ты вытащила меня из оков –

Всё ещё влюблённый. Всё ещё пьяный.

Читаю и воюю сама с собой. Потому что хочется верить, идти за ним, плыть, лететь, ползти…только бы он был рядом, только бы не обижал больше, только бы действительно любил!

Удар по щеке и злые слезы.

И снова бой с тенью, где внутренние голоса сводят с ума своими увещеваниями.

А потом наступил День моего рождения. Нашего. И я, привычно не увидев во дворе Гордеева, чуть не захлебнулась от разочарования. Столько раз просила у Бога, чтобы он меня перестал мучить – и вот, свершилось. Даже с работы пораньше ушла, чтобы и вечером снова не умирать от иррационального горя.

И, надо ли говорить, что я испытала, когда в трубке домофона все-таки услышала его голос?

И то был уже даже не испуг.

А он прет со всех щелей. Писать сообщения принялся. Дрожащими пальцами в бан и дальше бороться с собой!

Врубила телевизор на полную катушку и заперлась в спальне, чтобы ни видеть, ни слышать, ни думать и, не дай, Боже, ни показаться к нему. Только вот, что толку, если я все равно сама же себе и проиграла?

Увидела его в дверной глазок и все.

Думала, что выйду и только отругаю Гордеева. Спущу с лестницы и пригрожу полицией, если вздумает и дальше ко мне таскаться.

Вышла. Спустила. Пригрозила. Ага. Три раза ага…

– Гордеев, – обвинительно ткнула в него пальцем, – ты совсем ошалел? Ты чего тут расселся, а? Перед соседями меня позоришь…

А уже в следующую секунду на меня налетел ураган, и входная дверь за нашими спинами закрылась.