Основная масса пансионирующих, посетивших пляж, располагалась намного дальше, выше по течению реки – там, где располагались ряды лежаков, зонтики, волейбольная площадка, мостки, уходящие в реку, мороженные и квасные тележки, открытые кафе, словом, поближе к предоставляемым услугам.
Пыхтя, Мария Владимировна перетащила для себя под самую сетку топчан-трансформер с поролоновым матрацем.
За сеткой тянулась «нейтральная полоса» в несколько десятков метров до ну о-очень высокого забора, на красоту которого не поскупились – разные по форме декоративные камни, столбики в том же стиле, в котором выдержана была усадьба, – словом, хороший такой забор! На пару метров заходящий в воду и далее отдавая ограждающие функции железной решетке, простой, без изысков.
От решетки на несколько метров до буйка тянулась веревка с пенопластовыми цилиндриками, выкрашенными кое-где облупившейся красной краской, обозначавшая глубоко частную территорию.
«Не влезай, убьет!» – подумала Машка без раздражения.
Пограничная «нейтральная полоса» не имела признаков растительности, плотненько закиданная камнями до самой воды, обнадеживая Марию Владимировну уверенностью, что с этой стороны нашествие людей ей уж точно не грозит.
Она с удовольствием поплавала, нырнув с квадратного понтона, покачивающегося почти на середине реки. Метрах в пятидесяти от места ее дислокации длинные деревянные мостки вели к этому понтону для желающих нырять или причалить на лодочке.
Наплававшись, Мария Владимировна старательно отжала волосы, нацепила шляпку, очки и улеглась загорать с книжкой в руке, какой-то детективчик, один из символов ее отдыха вместо спецлитературы, и стала слегка подремывать, залипая взглядом на печатном слове.
Дрему и уединение нарушила компания, расположившаяся не так чтобы близко к ней, в отдалении, но весьма шумная.
Машка недовольно посопела, повозилась, поправила шляпку, отложила книжку и стала осматривать предоставляемые взору красоты, краем глаза недовольно кося на веселящуюся компанию – двух молоденьких девушек и двух мужчин приличного пузато-тонконогого возраста.
«Ну, бог в помощь!» – подумала Машка, отчего-то повеселев.
Компания разместилась за пластмассовым столом, ввинченным ножками в песок, восседая на стульях той же «гарнитурной» принадлежности. Кто и когда их принес, подремывающая Мария Владимировна не заметила, но обслуживание здесь на высоком уровне, так что – принесли.
На столе громоздились бутылки шампанского, гора фруктов, какая-то закуска.
