Сердце грохочет так, словно сейчас выскочит из груди. Невесомые касания губ становятся более ощутимыми. Вот он прикусил шею, на секунду отстраняется, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Давай все же снимем его? — я как послушная кукла тяну руки вверх, и в считанные секунды Сережа стягивает с меня мокрый кусок ткани, совсем некстати подумалось, что на мне нет красивого белья. Лифчика и вовсе нет, трусы… черт, какие же на мне трусы? Опускаю взгляд вниз, но замечаю вовсе не свои трусы, а Сережино возбуждение. Черт, это не сон.
И я стою в одних трусах и пялюсь туда, куда и не следовало бы. И вот это будет во мне?! Сережа усмехается, а я начинаю приходить в себя. Нет, это все неправильно, не так должно быть. Прикрываю руками грудь и пытаюсь выйти из душевой.
— Ты куда собралась?! — Сережа хватает меня за плечи и разворачивает к себе спиной.
— Платидорасов кормить, вспомнила, что они изголодались.
— Ксюша, хватит, — Сережа накрывает мои ладони своими руками. Настойчиво убирает их и начинает гладить грудь.
Сначала медленно, нежно, затем обхватывает чуть сильнее, при этом снова целуя меня в шею. — Расслабься, чего ты так напряжена?"
"Хотелось бы мне сказать почему напряжена. Это, Сереженька, не в тебя упирается что-то большое, а в меня. Вслух, конечно, этого не говорю, но по-прежнему не могу расслабиться. Да, стоит признать, что мне просто страшно! Сережа разворачивает меня к себе лицом и целует в губы, сначала не отвечаю, находясь по-прежнему в ступоре, но когда он притягивает меня ближе, и я касаюсь его грудью, я почему-то расслабляюсь и отвечаю на поцелуй.
Целуемся мы, кажется, целую вечность, руки Сережи и вовсе сжимают мою попу. Сначала не замечаю настойчивый звонок, потом понимаю, что это Сережин телефон, который трезвонит, не прекращая ни на минуту.
— Черт, ну что за свинство! — Сережа отстраняется от меня, целует в нос. — Пойдем в кровать, я пока отвечу, — выходит из душа, накидывает на себя полотенце и подаёт мне такое же. Берет телефон и все-таки отвечает на звонок.
— Да, мама! Это что так важно, что ты так трезвонишь? — недовольно произносит Сергей. Я обматываюсь полотенцем и прислушиваюсь к их разговору. По лицу Сергея можно сразу понять, что что-то действительно случилось.
— Конечно. Я сейчас выеду.
— Что случилось?
— Прости. Продолжить не получится. Родители попали в аварию.
— Они живы?!
— Да, но без сознания. Звонил их знакомый. Ксюш, я сейчас уеду. Насколько-не знаю. Маше пока ничего не говори.
