Девочка Рустама

— Если ты убила моего ребенка, я тебя шлепну. Прямо здесь шлепну.

Пусть губы дрожат и пусть ноет нутро в неистовом желании зареветь прямо здесь — я не зареву. Я сдержусь. Пусть даже стоять тяжело под гнетом его темнеющих глаз, я все равно плакать не стану.

— А меня ты выслушать не хочешь? — шепчу я с надрывом.

Усмехаюсь ему в лицо, хотя безумно хочется плакать.

Но я ведь обещание себе дала. И все тут.

— Я бы не смогла пойти на аборт. Жаль, что ты поверил ей.

Мой голос отчего-то дрожит.

Но не зареву.

— Полина… — выдыхает Рустам, закрывая глаза.

Неужели дошло?

Неужели?

— Карина нашептала эту ложь, да? Что я на аборт побежала? — усмехаюсь со слезами в глазах.

Нет, ни одна слезинка не упадет. Не добьются.

Просто влага в глазах. Никого не касающаяся. Моя личная боль.

— Твоя сестра стерва, — завершаю я монолог.

И ожидаю удара.

Какого-нибудь. Любого. Пощечину точно…

Но Рустам даже не дергается. Хотя я оскорбила члена его семьи.

— Самая настоящая, — слышу я из его уст, и он тянет ко мне руки, — родная…

Я дергаюсь в ответ.

— Ты меня боишься?

— Не тронь! — отшатываюсь я прочь.

Я затеяла глупую игру, ведь теперь мне без него не сделать шага.

Контроль, власть… Басманов. Он во мне. Я ношу его ребенка, но самое страшное, что теперь он об этом знает.

Мне никуда не деться.

И Рустам это понимает.

Дьявол. Басманов. Сумасшедший.

Тот, кто перевернул мою жизнь.

И обратно возвращать он не станет.

— Ты пойдешь со мной, Полина.

Не с тобой. Одна пойду. Так и знай, что я тебе не подчинюсь.

Под шокированные взгляды ожидающих очереди девушек я покидаю это злосчастное место. Надеюсь, вы знаете о том, что пришли к бестактному доктору… еще и квалификация под сомнением, но об этом судить не мне.

От приема врача у меня осталась лишь горечь. Об ее компетентности наверняка должны ходить слухи, но ведь она здесь работает, а это значит, что жалоб не было. Или на них хорошо закрывали глаза.

Интересно, если Рустам узнает, что на узи меня послали лишь через несколько недель, он устроит здесь погром? А если рассказать ему о том, как доктор напрямую «приглашала» на аборт? Боже, страшно даже представить настолько взбешенного Басманова.

От этого представления у меня язык прилип к небу и совсем перестал шевелиться. Сейчас точно не смогу сказать.

Спиной я почувствовала его размашистые шаги.

Он догнал меня. И тут же схватил за руку, но не чтобы ударить лопатками об стену, а… просто так.

Ведь самое страшное началось в машине.