Если бы не Демид, стоящий сейчас за моей спиной, я бы, наверное, совсем расклеилась. Но от моего спутника как всегда веет такой вселенской уверенностью, что я приободряюсь.
— Здравствуй, — говорю я, разглядывая осунувшееся похудевшее лицо.
— Здравствуй… ээээ… дочка…
Его слова повисают в воздухе.
Мужчина продолжает стоять на пороге, нервно переводя взгляд с меня за мое плечо и обратно, мучительно соображая, что с нами делать. Во всяком случае, впускать нас ему совершенно не хочется.
Однако, едва он снова смотрит на Демида, вдруг постороняется, все же пропуская нас внутрь.
— Э… проходите. Может, чая?
Мне хочется отказаться и поскорее уйти отсюда, но я зачем-то киваю."
"Мы проходим в тесную кухоньку и располагаемся за столом. Отец, я продолжаю так его называть чисто по привычке, кипятит чайник, потом заваривает дешевые пакетики. Ставит приготовленный напиток перед нами.
— Что ж, дочка, как у тебя дела? — все же интересуется он, прерывая затянувшееся молчание.
— Пап, я… замуж выхожу, — произношу я, чуть замявшись.
Отец замирает. Переводит взгляд на Демида, потом снова на меня.
— А… эээ… Что ж… Отлично. Это очень хорошее решение. Поздравляю.
Звучит наигранно, но что есть.
— Я подумала, ты должен знать. Возможно…
— Присутствовать не смогу, извини, Ульян, очень много дел. Но поздравляю еще раз.
— Что ж, ладно.
Я киваю и снова замолкаю. Отхлебываю невкусный напиток.
— Как дети? — спрашиваю через полминуты.
— Э… хорошо, спасибо.
Сейчас вот на прогулке с мамой.
— Что ж… мы тогда пойдем…
Я поднимаюсь из-за стола, и отец сразу же оживляется.
— Я провожу.
У порога я несколько замедляю шаг.
— Подожду внизу, — бросает Демид и начинает спускаться по лестнице.
Мы с отцом остаемся один на один.
Я выдыхаю и вновь смотрю на мужчину.
— Только один вопрос, — произношу я, — ты когда-нибудь любил меня?
Отец молчит, пряча взгляд и по этому молчанию я сразу все понимаю.
— Ладно, но хотя бы мою маму?
— Любил, конечно любил, иначе не взял бы тебя к себе.
Хорошо, что хотя бы ее.
Я увожу взгляд и начинаю спускаться по ступеням.
— Ульян, подожди…
Я останавливаюсь и оборачиваюсь. На глазах отца блестят слезы.
— Прости, дочка. Я… пытался… я очень пытался быть тебе хорошим отцом… Прости… Не получилось, признаю. Все эти потусторонние силы. Ведьмы, демоны… В конце концов, я должен был подумать и о своих родных детях… Но я старался.
