Девственница Дана

«Как же хорошо…» – хотелось ей петь, когда проплыла добрых полсотни метров, потом еще полсотни и еще… Проведя в воде почти час, Дана нехотя вылезла на сушу. В полшестого уже начинает светлеть, и «Отличная» просыпается. А ведь до этого времени не мешает немного обсохнуть и хотя бы притвориться, что спишь. К счастью, после сегодняшних героизмов на кухне, утром ее вряд ли кто-то решится тревожить.

Выходить из воды страсть как не хотелось, ночной воздух вдруг стал холодным и колким. Дана невольно начала стучать зубами.

Ее одежда тут же пропиталась морской влагой и совсем не согрела. Ну да ничего, до гостиницы рукой подать.

Во дворе «Отличной» старалась идти аккуратно, ни на что не натолкнуться, не расшуметься. Уже свернула за угол к парковке, через которую можно было пробраться к черному входу.

Парковка была довольно большой и в эту ночь сплошь уставлена машинами. Лавируя между ними, Дана вдруг заметила, что к двери черного входа крадется какая-то тень. Большая, с широкой спиной.

Если бы она увидела этого человека у парадного входа – никаких вопросов.

Подумала бы, что это просто запоздавший постоялец. Но то был черный вход, куда и соваться-то никому, кроме персонала, не следует. Дана замерла у одной из машин, даже дышать прекратила, наблюдая. А тень тем временем достала из сумки лыжную маску и надела ее.

«Ах ты ворюга! Блин, а ведь наша спальня как раз недалеко отсюда!» – молнией ударила в голову мысль.

Что, если этот бугай возьмет, да и полезет к девчонкам. Ведь явно домушник.

«Уже отмычки достает! Вдруг он их передушит, вон какие ручищи! Маньяк!» – думала она, столбенея от страха.

А потом мозги отключились, включились инстинкты. Через машину от того места, где стояла Дана, находилось несколько горшков с цветами. Она пробралась туда, схватила один из глиняных цветочных горшков, замахнулась, чтобы швырнуть им в вора. И вдруг горшок выскользнул из рук. Причем не вниз упал, хотя был довольно тяжелым, а вознесся вверх, точнее, оказался выдернутым из ее рук новой тенью, которая совершенно магическим образом оказалась рядом.

– О боже! – простонала она, заметив, что теней возле нее две и обе в таких же лыжных масках, как и тот мужик у черного входа.

– Держи ее! – зашипела лыжная маска номер два.

И тут Дана почувствовала, как чья-то клешня, по-другому не назовешь, зажала ей рот, при этом до боли смяв губы, а затем вторая рука обхватила ее, прижимая спиной к теплой и твердой груди.

– Черт, она вся мокрая! – зарычал ее мучитель.