Девственность по контракту

Рыжие волосы Изабель были в беспорядке, глаза красные и опухшие, словно она долго плакала и толком не спала. Наверное, так оно и было. Опомнившись‚ она вскинула руку, призывая огонь.

– Это я, Рыжик! – выставил руки перед собой в защитном жесте. Грудь вновь прострелило болью, и я повалился на пол.

– Маркус! – Изабель рванула ко мне. Перекинула мою руку через свои плечи, отвела к софе и помогла лечь.

Сама она села на пол. Коснулась кончиками пальцев моего лба, вторую руку положив мне на солнечное сплетение. По телу побежали исцеляющие потоки магии.

– Если решил инсценировать смерть, мог бы нас предупредить, – Изабель поджала губы. В карих глазах мелькнула злость.

– Я и правда умер, Рыжик. Но напоролся на богинь и меня выгнали.

– Что? – растерянно отозвалась она.

– Долгая история. Карделия не у вас?

– Нет. Она решила остаться на ночь в твоём поместье. Николас отправился в Управление, чтобы забрать её.

– Почему она отправилась не сразу сюда?

– Вроде хотела предупредить Вайлета о том, что уходит, – беспокойный взгляд направился к часам. – Ника уже давно нет. Я думала, они вернутся раньше.

– Свяжись с ним. Сиена сказала, что Карделия в опасности.

Глаза Изабель распахнулись в изумлении, но она тут же взяла себя в руки. Потянула цепочку на шее с кристаллом связи на нём. Николас ответил на вызов почти сразу:

– Любимая, что-то срочное? Я сейчас немного занят.

– Спроси про Карделию, – шепнул я.

– Карделия с тобой?

– Нет, она пропала.

– Как пропала? – отозвался я, потянув к себе кристалл. – Что случилось?

– М-Маркус? – глухо отозвался Николас.

– Я жив, – протянул я и сразу айкнул, получив подзатыльник от Изабель.

– Нельзя же так шокировать, – зашипела она, сузив глаза. И‚ кажется, серьезно раздумывала над вторым подзатыльником.

– Я сейчас буду! – связь прервалась.

Проворчав что-то под нос, Изабель вернулась к лечению. Мои же мысли носились в беспокойстве.

Николас ворвался в комнату буквально через десять минут. Шальной взгляд синих глаз впился в меня в неверии. Брат осунулся, ярче обозначились скулы, а под глазами пролегли тёмные круги.

– Маркус, – на выдохе произнёс он и рванул ко мне.

Брат стиснул меня в медвежьих объятиях, кажется, доламывая треснутые рёбра. Но я не протестовал.