– Вы можете сомневаться в чем угодно и сколько угодно! – Ирина огляделась, пытаясь придумать хоть какой-нибудь приемлемый план и решить, что ей делать после того, как она уйдет от этого возмутительного художника.
– Ирина. Ирина! Ира! – Чемезов шел за девушкой, которая словно не слышала его. Ему удалось докричаться до нее только у дверей.
– Что? – гаркнула девушка.
– Послушайте, зачем вам принимать решение и делать какой-то там выбор прямо сейчас? – спросил он растерянную девушку. – Дайте себе передышку.
Я-то уж точно не являюсь для вас проблемой.
– У меня такое чувство, что вы уже – сплошная проблема, – бросила Ира. Несправедливая, потому что злая.
– Здесь вам рады, и здесь вам не задают никаких вопросов, – растерянно пробормотал Иван. – Я не знаю, что еще вам предложить.
– Вы что, действительно хотите, чтобы я осталась? – поразилась Ирина. – Но зачем вам это?
Чемезов задумался. Действительно, зачем это ему? Рисовать ее? Разговаривать о всяких пустяках?
– Скажите мне, что вам не нужна эта передышка, и я больше не стану вас задерживать.
– Она мне нужна, – пробормотала Ира и отвела взгляд в сторону.
– В таком случае решено. Вы остаетесь. Мне совсем не помешает помощь тут, в мастерской. Вы прекрасно скручиваете салфетки, а я же ничего не умею, кроме рисования.
– Кто вам сказал, что вы рисовать-то умеете? Так, ерунда какая-то! – ухмыльнулась Ирина. – Сами же сказали: просто малюете.
– Так-так, бьете по живому, – притворно обиделся Иван. – А вот не лучше ли, к слову, помыть посуду? У меня, кстати, есть посудомойка, но я понятия не имею, как она работает.
Наталья ее притащила, и она, кажется, заговоренная – слушается только ее.
– Я могу взглянуть, – кивнула девушка, смеясь.
– Сделайте милость, барышня. А то мне вечно приходится посуду мыть руками, после чего и я сам, и вся кухня покрываются водой и масляными пятнами. И еще: последние яйца и молоко я все перевел на вашего Нафаню, так что нужно кое-что купить.
– Я умею мыть посуду и знаю, как покупать яйца.
– В таком случае деньги в банке, банка в шкафчике рядом с раковиной. А я, пожалуй, должен идти, а то Сережа там выпьет весь мой виски, потому что вы сказали ему, что так можно лечиться!
– Я не говорила этого! – воскликнула Ирина, но ее возмущенный взгляд наткнулся на насмешливый, открытый рот Ивана. Он смеялся, это была просто шутка. Конечно. Он пошутил. Но не насчет всего остального.
Чемезов вышел из кухни, оставив Ирину в одиночестве.
