То один крестьянин из Костоломицы, ходил в Рыболовку к чужой жене. То девица из Рубайки вдруг выходила замуж за парня из Паводы (своих ребят что ли мало?). То кони из Рыболовки подъедали у правобережцев урожай.
Как говорится — были бы соседи, а повод для ссоры обязательно найдется. Правда у левобережцев было преимущество в виде Альмы. Жена тамошнего старосты пользовалась очень большим уважением.
Героическая женщина родила тринадцать детей, и ни одного из них в младенчестве хворь не прибрала, как это обычно бывает.
А все потому, что у Альмы сила тайная, да какое-то заветное слово ей бабка передала. Она и чужих ребятенков на ноги ставит, так что ссориться с такой ведьмой никому не с руки.
Был даже случай: один парень из Костоломицы как-то крепко ее шестого сына обидел. Так через два лета, этого парня змея в полях укусила. Хотя там отродясь не водилось змей.
Алесия мысленно отметила, что надо будет лично познакомиться с этой Альмой. В ведьм и магию она не верила, но верила в богатый жизненный опыт.
А женщина, вырастившая целый детский сад, наверняка повидала достаточно детских болезней. Вполне возможно, что ей хватит сил помочь и Глену.
Сын Ирены на свежем воздухе немного повеселел, но все равно оставался бледным и слабым. Ходил только с поддержкой и очень быстро уставал. Глядя на него, девушка испытывала выворачивающую душу жалость.
От девчонок из деревни удалось почерпнуть и другие интересные сведения. Так, например, деревенский староста был буквально и царь и бог.
Он отвечал за сбор налогов, собирал людей на молитву, записывал детей и браки, разбирал всякие споры.
Потому что настоящие священнослужители были только в больших городах, и это зажиточные граждане могли позволить себе, чтобы об их душе позаботились по всем канонам. А в деревнях все строилось на принципе самообеспечения. Что вырастил — тем и питаешься. И на добрую вечность, за жизненной чертой, еще нужно было намолить.
Но Фенел староста хороший. Это у других бывает, что глава никакой жизни не дает.
А Фенел о своих заботится крепко. Если нужно — через себя извернется, но пропасть никому не даст. У него же, как родители от голода перемерли, так он сам младших братьев и сестер поднимал, с одиннадцати лет. Но это давно было. Сейчас-то все получше живут.
Или вот еще что. Если какая-то напасть, или недоимка по податям, то со старосты первого голова полетит. С другими ничтожными людьми господа даже разговаривать не станут. Невместно им.
