— И наверняка оно будет шикарно смотреться на девушке, которая привыкла к подобным вещам. — А еще у этой девушки должна быть не такая большая грудь, потому что сама Бет из-за всех этих косточек и чашечек с эффектом пуш-ап, излишне подчеркивающих ее формы, боялась лишний раз пошевелиться. — А если ты волнуешься из-за денег, то я уверена, его еще можно вернуть.
«Но если платье вернется на вешалку в магазине, то одежды на ней останется очень-очень мало» — эта мысль сама собой возникла в голове Тео в сопровождении весьма соблазнительных картин.
А ведь он был уверен, что бюстгальтера под этим платьем нет и быть не может…
Ему потребовалось несколько гулких ударов сердца, чтобы взять себя в руки и избавиться от манящего образа, возникшего в его воображении.
— Объясни мне, в чем твоя проблема.
Крик «Я сейчас смотрю на нее!» едва не сорвался с губ Бет. Именно Тео заставил ее поверить в чудо, в то, что она тоже может быть красивой, именно он манипулировал ее чувствами и слабостями.
— Может быть, еще не поздно найти кого-то с таким же размером одежды, как и у меня…
— Хватит!"
"Его вскрик заставил Бет замолчать.
Воздух в комнате, казалось, сгустился и звенел от напряжения.
— Спасибо, — иронично кивнул Тео. — Элизабет, у меня был очень тяжелый день, и мое терпение на исходе, не стоит сердить меня.
— У тебя был тяжелый день? — Последние оковы профессиональной вежливости слетели с Бет. — Конечно, ты ведь большой босс, весь день просиживаешь за большим столом и принимаешь важные решения.
Должно быть, это безумно утомительно! Или, может, это ты провел весь день в кресле косметолога, пока незнакомые люди кололи, щипали, терли и вели себя с тобой так, словно ты ошибка природы? Моя кожа ужасна, мои волосы ужасны, мое тело…
Тео одним рывком преодолел разделяющее их расстояние и, сжав сильными пальцами ее подбородок, заставил поднять голову. Ее лучистые зеленые глаза были широко распахнуты от изумления и страха. Губы Тео тронула лукавая улыбка, когда он нежно провел кончиком пальца по ее щеке, и Бет вдруг поняла, что она больше не может контролировать свое тело.
Ее била крупная дрожь, она не могла пошевелиться, почти не могла дышать, все ее сознание заполнили эти антрацитово-черные глаза.
— Если они ругали твою кожу, значит, они все идиоты.
Он провел рукой по ее шелковистым волосам, пробежал кончиками пальцев по шее. Каждое его прикосновение казалось Бет электрическим разрядом, пропущенным через ее нервные окончания.
