Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать ее на романтические увлечения и призрачную любовь, которой нет места в реальном мире. Но даже этого призрака он всячески избегал.
Когда она озвучила этот вопрос во второй раз, он лишь чуть пожал плечами.
— Мне казалось, что ты из тех мужчин, которые всегда имеют при себе полный набор необходимых аксессуаров: дорогая машина, дизайнерские часы и обязательно длинноногая блондинка.
— Сегодня у меня будет брюнетка, — с хитрой усмешкой прошептал он, чуть склонившись к ее шее, почти спрятав лицо в ее кудрях.
— Ты что, нюхаешь мои волосы?
— Нет, тебя.
От этого она должна была почувствовать себя спокойнее?
Тео с улыбкой оглядел ее обескураженное лицо, вышел из машины и открыл дверцу для Бет.
— Твой выход, — сказал он, чуть приобнимая ее за талию.
Когда они вошли в ярко освещенный зал ресторана, из кухни выглянул шеф-повар, которого Бет недавно видела по телевизору, и, на ходу распахивая объятия, бросился к Тео. Пару минут мужчины оживленно разговаривали по-французски, затем Тео представил Бет, удостоившуюся долгого восхищенного взгляда.
"
"— Приветствую вас в нашем ресторане, меня зовут Луис Жоре, для друзей Тео просто Луис, тем более таких очаровательных. — Он поднес руку Бет к губам, ни на секунду не переставая осыпать ее комплиментами. Раньше галльский шарм Луиса казался Тео забавным, но, к своему изумлению, он понял, что, направленный на Элизабет, он начинает, его ужасно раздражать. — Твоя семья уже здесь, приятель.
Бет почувствовала, как сжалась на ее плече рука Тео, когда он услышал эти слова.
Его волнение было понятно. Сама Бет, если бы у нее была такая возможность, уже бежала бы в противоположном направлении, но вместо этого она, двигаясь почти механически, последовала за ним, стараясь не обращать внимания на устремленные в их сторону любопытные взгляды.
— Как тебе Луис? — спросил Тео, пока они шли по залу вслед за метрдотелем.
Погруженная в свои мысли, Бет не сразу поняла, что он обращается к ней.
— М-м-м… На экране телевизора он казался гораздо выше.
— Ты не должна принимать всерьез все, что он тебе наплел, — строго предупредил ее Тео.
— Ты хочешь сказать, что на самом деле я не завораживающе прекрасна? Ты буквально разбил мне сердце, — фыркнула она.
Тео раздраженно закатил глаза. Ну зачем переиначивать все, что он говорит?
— Я хотел сказать, что этот мужчина известный дамский угодник и размер его либидо может соревноваться разве что с его же собственным самомнением.
