Ну, хорошо, предположим, ночью она вымоталась до такой степени, что просто отключилась, а проснувшись от кошмара, не очень хорошо соображала, поэтому и дала себя уговорить, да еще, позорище, уколоть!
Но сейчас?
Она отдохнула, пришла в себя, боль осталась только в руках и спине, но уже еле ощутимая. Что он ей там колол – неизвестно, но помогло здорово!
Так какого черта она сидит до сих пор здесь и даже ужин готовит? Надо брать Степку в охапку и мотать на дачу, пока Егора нет! Совершенно ни к чему оставаться здесь: ненужные эмоции, воспоминания, и уж совсем лишние для нее сейчас чувства неловкости, неудобства.
Нет для них сейчас места! Да она права сейчас не имеет на неудобства всякие душевные!
Доставая продукты из холодильника, Вика чувствовала себя чуть ли не воришкой, влезшим в чужую жизнь!
А у Егора и есть другая, чужая жизнь!
И в этой жизни, в этом доме явно есть место женщине – дамский халатик, дорогой парфюм в ванной, стильные тапочки, куртка на вешалке и тысяча всяких мелочей, говоривших красноречивее слов.
Может, жена Князева в командировке или на курорте каком!
«Завтра съездим к нему в клинику, а потом сразу на дачу!» – решила Вика.
От одной мысли, что вот сейчас придется ехать, топить печку и камин, ждать, пока прогреется дом, заезжать по дороге в магазин за продуктами, ей стало совсем уж тоскливо!
«Пусть Степка поспит ночь в тепле и уюте, а там разберемся. В любой момент может появиться жена Егора.
И что тогда? Мямлить что-то, оправдываться, чувствовать себя идиоткой! Да с какой стати! Не хочу и не буду! Мне нельзя отвлекаться на лишние переживания, мне думать надо! Продумывать каждую мелочь, каждый свой шаг!»
– Привет! – услышала она за спиной и, вздрогнув от неожиданности, резко повернулась.
«Материализовался, черт бы тебя побрал!» – подумала Вика.
Вернувшись из ванной, мужчины сели за стол, Виктория подала им ужин, но сама отказалась к ним присоединиться.
– Мы со Степкой потом поедим.
Она нервничала, и ей совсем не хотелось испытывать еще большую неловкость, сидя за одним столом под внимательным, изучающим взглядом Дениса.
А взгляд был еще тот!
Вика чувствовала всем своим, обострившимся за последнее время, восприятием, интуицией за подчеркнуто-вежливым обращением к ней Дениса некую скрытую не то брезгливость, не то неприязнь, не то враждебность.
«С чего бы это? – подумала она.
