Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.
– Спасибо, – тихо сказал он. – Где она была? Кайла подумала, что все недомолвки между ними не так уж и важны.
– Она обрезала розы в моем дворе. – Она вручила ему секатор.
Дэвид уставился на секатор, потом посмотрел на сарай, дверь которого была настежь открыта.
– Нужно повесить замок, – произнес он.
– Я не знала, – тихо сказала Кайла. – Когда я сюда переехала, то увидела, что дом и двор очень ухоженные. Я предположила, что твоя мама здорова и сама наводит здесь порядок.
– Один из моих менеджеров следит за тем, чтобы за домом и двором ухаживали. – Он с сожалением посмотрел вокруг. – Все выглядит так, словно тут живут нормальные люди, да?
– Мне очень жаль, Дэвид, – тихо ответила Кайла. – Я ни о чем не знала.
Он улыбнулся немного натянуто.
– Не надо жалости, – предупредил он ее.
– Я тебя не жалею, – слегка вспылила она.
– Что же тогда?
– Это проявление сострадания.
– Ах. – Дэвид не выглядел убежденным. И ему явно не хотелось принимать от нее как жалость, так и сострадание.
– Что ты здесь делаешь? Который час?
– Около четырех. Я беспокоилась о своей собаке. Я не могла уснуть. Я услышала шум во дворе и подумала, что это Бастигал.
– А это оказалась моя мама. Какое счастье, что ты нашла ее, пока она не успела серьезно пораниться секатором. – Дэвид покачал головой. – Она не помнит, что ела на завтрак, но сумела открыть два замка с кодом и разблокировать дверную ручку.
Кайла не решилась еще раз выразить ему сочувствие.
– В доме живет сиделка, но, очевидно, она на что-то отвлеклась. По-моему, она тайком курит на крыльце. Вероятно, она не заперла за собой дверь.
Услышав его тон, Кайла слегка вздрогнула. Не хотелось бы ей оказаться на месте той сиделки.
– Как давно твоя мама стала такой? – тихо спросила Кайла.
Дэвиду не хотелось говорить об этом, но потом он вздохнул, словно решил уступить Кайле.
– Она теряла память последние несколько лет, – приглушенно ответил он. – Все начинается с мелочей, на которые не обращаешь внимания.
Приезжая к ней, я замечал зубную пасту в холодильнике. Она надевала разные носки, повторяла уже сказанные фразы. Когда я уезжал, она мне звонила и говорила, что потеряла машину. Потом спрашивала, где мой отец. Так было, пока она еще помнила номер моего телефона. – Дэвид резко остановился и глубоко вздохнул, словно приказывая себе перестать откровенничать. Потом холодно добавил: – Примерно два месяца с ней живет сиделка.
