Если не считать момента, когда он стал свидетелем того, как Кайла выходит замуж за неподходящего парня.
– Я ненавижу возвращаться домой, – пробормотал он про себя, вышел из машины и посмотрел на воду.
Вода. Она всегда служила ему утешением.
Дэвид вернулся к машине, положил мобильный на сиденье и пошел на пляж. Там он снял рубашку и шорты и оставил их на песке. А потом нырнул в прохладную чистую воду залива и поплыл.
Через полтора часа Дэвид вылез из воды. Он устал и продрог, его тело онемело. И все же он не мог заставить себя вернуться домой.
Нет смысла ехать туда, где нет доступа в Интернет. Дэвид отправился в центр города и нашел ресторан с бесплатным вай-фаем.
Расположившись в ресторане, он почти весь день занимался делами. Джейн отправила ему несколько ссылок на сайты домов престарелых для людей со старческим слабоумием с названиями «Тенистый дуб» и «Закатный двор», но он не смог заставить себя их открыть. Она также переслала ему финансовый отчет о перспективах кафе-мороженого.
Он купил ужин своей матери, чтобы она не питалась невкусной печенкой и пюре из брокколи.
Сегодня Дэвид решил снова заночевать под звездным небом, охраняя заднюю дверь на случай побега матери.
Он видел, как в доме Кайлы сначала зажегся, а потом погас свет. Ему хотелось поговорить с ней, но для него самого будет лучше ее избегать.
О ее собаке ничего не известно. Однако Дэвид был уверен, что не неудача в поисках пса заставляет его сторониться Кайлы.
Ему невыносимо видеть жалость в ее взгляде.
Завтра он заставит себя заглянуть на веб-сайты учреждений для больных деменцией и позвонит туда.
Сегодня он будет спать под звездами. Жаль, что нельзя притвориться, будто все хорошо. Как было бы здорово, если бы завтра утром он вошел в дом и увидел, что его матери стало лучше. Тогда не пришлось бы принимать никаких решений.
Утром, после того как Дэвид принял душ и побрился, он вошел на кухню, где пахло чем-то кислым. Мать подняла глаза от тарелки с кашей и посмотрела на него.
Дэвид увидел, что на коленях у нее лежит свитер, который она гладит, словно кошку.
– Откуда это, молодой человек? – спросила она.
– Я уверен, это твое, мама.
– Неправда! – торжествующе сказала она. – Он принадлежит Кайле Макинтош.
Дэвид старался не выглядеть слишком удивленным тем, что она вспомнила девичью фамилию Кайлы.
– Верни его ей. Прямо сейчас! Я не позволю, чтобы в доме были краденые вещи, молодой человек.
Дэвид взял свитер. Он не должен отдавать его Кайле, вероятно, свитер не ее.
