Девушка из тихого омута

 – Больной ведь еще!

– Скоро вернусь! – крикнул князь и, махнув рукой Бронеславу, приказал: – Айда за мной.

Через минуту оба всадника скрылись за поворотом, и за ними плотно затворили ворота княжьих хором.

До избушки Олекса и Бронеслав добрались к концу дня, когда низкое солнце протянуло тени деревьев и в лесу стало темнеть. Измученный дорогой Олекса сполз с Кудряша и, прихрамывая, направился к двери. Открыл ее и, пригнувшись, вошел. Первый брошенный взгляд не обнаружил на лежанке то, что искал князь.

Старик виновато пригнулся и засеменил к очагу.

– Не спас?! Умерла?!

В ярости князь Олекса схватился за меч и занес его над головой старика. Однако подоспел Бронеслав и перехватил его руку:

– Прочь! – взревел Олекса, и его глаза налились кровью.

– Жива… Жива твоя молодица, – прошептал старик.

– Что?! – крикнул князь.

И Бронеслав повторил:

– Жива, говорит, твоя молодица!

– Сбежала… – вздохнул старик.

– Опосля, как ты ушел, так и она сразу пропала.

– Не сказала, кто такова?

– Откуда она, не сказывала?

– Нет, не сказывала.

Бронеслав положил руку на плечо Олексы:

– Идем, княже… Он ничего не знает.

Но Олекса прошел к лежанке, сел на медвежью шкуру, склонил голову.

Бронеслав сел рядом с ним:

– Не убивайся так. Коли нужна – отыщем.

– Я даже имени ее не спросил.

– Отыщем… – Бронеслав усмехнулся. – Сам же сказал, что я – жох долгоносый.

Глава 14. Мокрое дело

Новое утро Лионеллы в доме Тихвиных началось с шума пылесоса.

– Знаете, сколько времени? – спросила она горничную, стараясь сдерживать злость.

Девушка в белом фартуке выключила пылесос и обернулась.

– Семь часов восемь минут, – невинно улыбнулась она и сделала книксен.

Это позабавило Лионеллу, и она решила отозвать все претензии.

– Каждую среду в доме генеральная уборка. Егор Макарович строго следит за этим, – сказала горничная.

– Я вижу, здесь с этим строго.

– У нас на каждый день есть расписание. В прихожей на деревянной доске.

– Как любопытно… Можете продолжать.

Девушка включила пылесос и продолжила работу. Лионелла вернулась в свою комнату и, потратив на сборы час, остановила свой выбор на новых туфельках, брюках и тунике. Перед тем как выйти к завтраку, она спустилась по лестнице и подошла к деревянной доске, на которой, как в учреждении, висели строгие печатные листы.