Первая бутылка шампанского, как известно, пробивает собеседников на хи-хи (если пользоваться жаргоном из времен первой молодости обеих дам). Во время второй начинаются задушевные разговоры. Третья сопутствует грусти и приступам ностальгии."
"Обе женщины уже обсудили собственных детей, Артема и Кристину. То, что им не просто хорошо бы пожениться, а эта свадьба – на роду написана, давно стало для обеих общим местом. Начиналось все с шуточек лет пятнадцать назад и закончилось нынешними серьезными планами. В то же время и Наташа, и Лена – обе были разумными людьми и понимали, что браки совершаются на небесах.
Сверкнет между молодыми искра – все сладится. А нет – значит, не судьба. И вот, казалось бы, все близко, Елена Анатольевна не раз Бога благодарила: Артем с Кристиной на белые ночи в Питер съездили, гуляли, в одной гостинице жили (хотя и в разных номерах). Но потом вдруг – отступление, и молодой человек мчится на юга на машине отдыхать один – точнее, с другом-подонком Андреем, от которого ничего хорошего ожидать не приходится.
И привозит оттуда, подумать только, невесту! Это уж ни в какие ворота!
Но сейчас, вдвоем в бане, подруги эту тему не затрагивали. Напротив, расчувствовавшись и разоткровенничавшись, Наталья вдруг поделилась с Еленой давней историей – самой сокровенной своей тайной, о которой знал доселе лишь Леонид, ее муж, и проживающая в Таганроге мама. В истории фигурировал страшный долг в долларах, взятый аккурат перед кризисом девяносто восьмого года; неликвид электроники, зависший на складах; тикающий счетчик; сбежавший от трудностей бойфренд; кредитор-бандит.
А потом – последний градус беременности, рождение здоровой девочки и ужасный обмен: красивая хорошенькая новорожденная в обмен на долговые расписки.
Когда Наташа Трипольская завершила свой рассказ, Елена Кудряшова вскричала:
– Поразительно! И ты, Наташенька, так ничего и не знаешь, где она, твоя первая дочка? Что с ней?
– Ничего. Все следы потеряны.
– И ты не пыталась ее найти?
– Пыталась.
Еще как.
– И?
– Ничего.
На глаза Елены навернулись слезы. «Бедная моя», – погладила она руку подруги.
* * *Юля понимала, что никаких «червей» и «багов» в компьютер Кристинки Трипольской запускать нельзя – с таким папашей, как у нее, гением компьютерной безопасности, сама вмиг на крючке окажешься. Наверняка батяня снабдил всю свою семейку надежными и современными средствами против взлома.
Но ознакомиться с перепиской Кристинки хотелось.
