Девушка с Косой

Мастер следила за мной с какой-то детской непосредственностью, как будто в ожидании чуда. А ещё, по каналу ментальной связи, я четко почувствовал, что конфеты действительно последние. И покупает она их поштучно, именно для того, чтобы заедать настоящую боль. На простое удовольствие денег нет… и никогда не было.

Ирина тем уже запихнула свою конфету в рот, и, судя по ее блаженной физиономии, действительно считала, что жизнь стала проще.

— Мастер, — обратился я к ней практически официально, — а чего хотела бы ты? Есть у тебя какая-то заветная мечта?

— С чего ты это спросил?

— С самого детства я жил в клане, вся моя жизнь, все моё существование было давно расписано за меня.

Я просто не знал иного пути и думал, что это и есть моя мечта. Сейчас все это воспитание буквально кричит — подчинись! И все станет как раньше. Но, кажется, что-то внутри меня против. Я пока ещё не разобрался…

— Ешь, — Ирина вздохнула, отобрала у меня конфету, сама развернула и поднесла сладость мне к губам. — Ешь, а потом поговорим.

У меня много чего накопилось… сказать. А если я что-то понимаю неверно, ты меня поправишь.

Конфета действительно оказалось вкусной. Мягкой, и в то же время хрустящей. А еще неожиданно было вот так… с Мастером. Как с равной, как с партнером, а не… Я ведь даже не замечал этого, не воспринимал, что наше поведение нетипично, ведь ситуация совсем другая. И Мастер вроде и не Мастер. Уу… сам путаюсь.

Но тётушка Мариэлла наглядно напомнила, как должно выглядеть общение Мастера и Оружия.

И выглядело всегда… но раньше это казалось единственно верным. А теперь?

Мы еще какое-то время сидели на ее колченогом диване и наслаждались сладким послевкусием. Потом Ирина подвинулась ближе, прижалась к моему боку и неожиданно серьезным, четком голосом заговорила:"

"— У меня пока не полная информация. Но из того, что я вчера узнала ясно одно: твоя тетя предлагает нам клетку. Золотую, комфортную, но клетку. Я не Мастер, и стать им мне не позволят — заставят рожать от выбранного ими производителя.

Она была права, я и сам знал, как это бывает, но пока слова не сказаны вслух, себя еще можно обмануть. А Ирина не оставила на это даже шанса:

— Твоя дееспособность тоже под вопросом, и гораздо выгоднее оставить тебя в этом статусе навсегда. Я не знаю… — она рвано выдохнула, но тут же упрямо нахмурилась и продолжила: — Я не знаю, что лучше для тебя. Но я сама скорее умру быстро, чем буду медленно тухнуть в чужой клетке.