Ну а когда на дороге не получилось, он завелся, перепугался и приказал схватить где угодно, лишь бы схватить! Но он сильно переполошился из-за моего появления, предположив, что я из органов. Поэтому приказал на даче нас не разделять, если бы его подозрения подтвердились, он бы все бросил и скрылся, велев нас с тобой, естественно, убрать. Отдал бы лабораторию барону, посетовав на смерть химика, может, и прокатило бы. Но мы снова скрылись, и я решил ему немного помочь, дав себя обнаружить, специально оставил джип у подъезда.
— Почему же тогда они за нами бегали, если все про тебя узнали?
— Все, — весело подтвердил Иван, — что я Иван Федорович Гуревич, старший менеджер по связям в крупной компании, вечно в командировках, недавно вернулся из очередной и, ревнуя одну дамочку, поперся проследить, куда это ее на ночь глядя понесло.
— А вчерашнее задержание ты тоже планировал?
— Нет, Александра, это я лоханулся! Уверился в их нерасторопности и не ожидал, что они нас так быстро найдут.
Квартиру, где мы были, недавно купил мой знакомый, Корнеев, который действительно работает в этой компании и прописан совсем в другом месте. Они быстро сработали. Их вели все время наши ребята, они и предупредили, но поздно. Извини."
"— Я подумаю насчет «извини», — холодно пообещала Сашка. — Но почему ты оказался там, на дороге, ночью?
— Поехал проверить своих ребят, которые следили за нашим замом. Мы тогда о Лиле ничего не знали и провели его до ее дома. Он лично приехал к ней, выказал уважение.
Когда ты прибыла, он уже был там. Ну, я за тобой и отправился, а ребята остались. Повезло тебе.
— Зато тебе не повезло. Я так понимаю, что это была не столько проверка подчиненных, сколько отдохновение от кабинета? — усмехнулась Санька.
— М-да, — взгрустнул Иван.
— А кто этот Юрий Николаевич?
— Правая рука и помощник нашего фигуранта. Как оказалось, помощник во всех делах.
— Ну что, Александра, мы ответили на все ваши вопросы? — закруглил беседу Бур.
— Почти. Остались еще. Мне теперь всю оставшуюся жизнь прятаться? Ведь если этот наркобарон знает обо мне, ему тоже захочется личного знакомства?
— Прятаться не придется. Он не поведал ни о Митрохине, ни о вас никому. Сдать идею, бумаги и химика — это заранее нарисовать себе смертный приговор. Кому нужен посредник, когда можно обойтись без него?
— Почему Иван опекал меня, бегал со мной? Если речь идет о наркотиках, то это совсем не по вашему ведомству.
