Дядя самых честных правил 4

После обеда я предложил Шешковскому прогуляться по моему маленькому парку вокруг пруда. На всякий случай, подальше от лишних ушей Икса. Отойдя на достаточное расстояние и тайком повесив связку Знаков от подслушивания, я спросил его:

— Степан Иванович, что за дело такое, ради которого вы приехали ко мне из Петербурга? Я теряюсь в догадках, зачем вас прислала Тайная канцелярия.

— Ах, Константин Платонович, никто меня не посылал, и я вовсе не к вам собирался. У меня небольшое имение под Рязанью, ехал туда по семейным делам, решил сделать крюк и навестить вас по-дружески.

Я вежливо кивнул. Хороший однако крюк вышел в полтысячи вёрст.

— И кое-что рассказать. Во-первых, ждите по зиме интересного гостя. Высокое начальство всерьёз взялось доставить вам наставника по некромантским делам. Пока вопрос застрял в Святейшем правительствующем синоде: единственный опытный некромант — монах в дальнем монастыре, и церковь не желает его отпускать. Но, скорее всего, к концу лета вопрос додавят.

— Благодарю, — я коротко кивнул, — учту в своих планах.

— Во-вторых, — продолжил Шешковский, — старшие служащие канцелярии просили передать искренние поздравления. Ваши успехи в армии вызвали всеобщее восхищение среди нашей братии. Многие в армии не оценили то, как вы прервали Чудо Бранденбургского дома. Но наша служба знает, к чему бы это привело. Ваша решительность в устранении Фридриха напомнила многим вашего дядю, Кощея. Вы всегда можете рассчитывать на расположение Тайной канцелярии и поддержку с нашей стороны.

Мне пришлось сдерживаться, чтобы не улыбнутся: тайная государева служба никогда не меняется. Для неё не существует «бывших», и корпоративная этика велит поддерживать своих. Дядя, мир его праху, даже в ссылке до последнего оставался тайным канцеляристом, а его тень продолжает падать и на меня. Для знавших Кощея я не свой, но и чужим уже не считаюсь — обещания поддержки конторой просто так не раздаются. Я всё так же не хочу идти к ним на официальную работу, но, пожалуй, уже не стану отказываться от некоторого сотрудничества.

— И ещё, Константин Платонович, я хотел сообщить вам кое-что весьма полезное.

Во взгляде Шешковкого появилась лёгкая хитринка.

— Небезызвестный вам князь, надеюсь вы понимаете, о ком я, имеет большую долю в торговле заграничными механическими лошадьми. Не напрямую, естественно, а через зависимых купцов, стараясь не связывать своё имя с этим делом. И после недавнего указа Мамы…

— Матушки-императрицы.