— Дмитрий Сергеевич мне нужно домой, — прошептала неуверенно.
Я потянулся носом к ее волосам, вдыхая дурманящий аромат. Пробрало до мурашек. Готов ощущать его вечно, тонуть в нем и если надо, сдохнуть в нем.
— Зачем? Вряд ли ваш парень вас там ждет, — начал я нашу обычную игру.
— Сегодня у меня нет парня. Эта сволочь где-то шаталась всю ночь и даже на звонки не отвечала, — прошипела она.
О как! Неожиданно, надо признать, такое слышать от моего вечно затравленного ангела.
— Наверное… вы его чем-то обидели…
— Вот и пусть обижается! Пофиг!
Не знаю почему, но подобная реакция мне нравилась больше, чем ""простите Дмитрий Сергеевич"".
— Знаете, Дарья, голодные мужчины способны на разные неадекватные поступки, — решил все же перевести все в шутку. Хорошо бы, если б она поддержала.
Ее плечи дернулись, вселяя надежду на легкий исход. Понимает же, о каком голоде речь? А я ведь четыре дня без нее, то есть уже пять. И я реально чувствую себя неадекватом. Хочу прижать ее к этой доске, задрать юбку и показать, на что именно способен.
Возбуждение уже во всю стремительно разносится по венам, лишая способности мыслить.
— Вот пусть поголодает немного, чтоб не выпендривался и ел, что дают. Избаловала я его, Дмитрий Сергеевич.
— Вы и так всю неделю держали его на голодном пайке. И при этом на его глазах умудрились предложить аппетитный кусочек другому. Это жестоко, Дарья. Он, конечно, понимает, что вы лишь дразнили его, но, тем не менее, слегка рассердился.
Разве он не прав?
Я сократил последнее расстояние между нами, жестко вжимаясь бедрами в аппетитную попку и давая ей почувствовать свое состояние.
Слышал, как у нее перехватило дыхание, а тело инстинктивно дернулось в мою сторону, стремясь ощутить мою твердость еще четче. Да, моя хорошая, да…
— Мне кажется, он только и думает о еде. Разве это правильно? А как же душа?
— Уверен, его душа полностью отдана вам.
Перехватил ее запястья и поднял, впечатывая в доску.
Удерживая их левой рукой, правой провел по ее телу вниз, задев ладонью напряженно торчащие соски под водолазкой и кружевным лифчиком. Мозги поплыли от острого приступа желания.
Хочу разорвать ткань, мешающую полностью насладиться шелком ее кожи. Убирал захват, но она так и продолжила держать руки поднятыми. Умненькая моя. Резко схватил края кофты, потянул вверх вместе с кружевом бюстгалтера и обхватил мои любимые полусферы с напряженными кончиками.
