Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов

Каковы будут последствия такого построения? После первой сцены публика, возможно, и заплачет; после второй зрители, может быть, будут шмыгать носами; третья же закончится под гомерический хохот. И это не потому, что третья сцена не трагичная; она, может быть, трагичнее всех остальных. Но ведь вы уже успели выдавить из публики все ее слезы, ей кажется, что вам смешно, и нелепо ожидать от нее рыданий в третий раз; вот почему она обращает трагедию в комедию. Закон убывающей отдачи (справедливый и в жизни, и в искусстве) распространяется на все виды формы и содержания повествования — желания и конфликты, настроения и эмоции, образы и действия, слова и фразы.

Повторяющийся такт пользуется дурной славой губителя первых набросков. Почему? Потому что начинающий писатель только нащупывает особый, свойственный только этому герою язык, который надежно закрепит каждое действие-противодействие одной-единственной строкой реплики-ответа. А вместо этого он повторяет то же самое разными словами, полагая, что может подменить качество количеством, теша себя иллюзией, что повторение усиливает значение.

На самом же деле все наоборот. Повторение делает высказывание тривиальным.

Никаких компромиссов. Хорошие писатели роются в закромах своих знаний и воображения до тех пор, пока не найдут то, что нужно. Они пишут один черновик, другой, все время что-нибудь улучшают, противопоставляют реплики друг другу, поворачивают их то так, то сяк у себя в воображении, произносят их вслух и, наконец, записывают.

Мечтательный взгляд из окна не есть творчество.

Эстетические предпочтения оживают только на бумаге. Неважно, насколько банальной может выйти реплика, — запишите ее. Запишите каждый вариант, который возникает у вас в воображении. Не ждите, пока ваш гений соизволит пробудиться и ниспошлет вам озарение. Фиксируйте свои мысли на бумаге. Это и есть писательство.

Но даже самые опытные авторы приходят в замешательство, когда смотрят на повторяющийся такт и понимают, что для этого конкретного действия-противодействия в этой конкретной сцене лучшего выбора не существует.

И тогда они делают то, что должны. Они перестают биться головой о клавиатуру и принимают решение.

Они пересматривают все записанные и отвергнутые варианты. Спрашивают: «Какой из этих отвергнутых вариантов наилучший? Может ли это быть сочетание отвергнутых вариантов, которое лучше любого другого варианта?»

Окончательный вариант, может, и не будет идеальным, но он ближе всего к совершенству.