Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

И всегда будешь честен, что бы ни случилось.

— Обещаю, Лисён, — не раздумывая, отвечает он, зарываясь пятернёй в мои волосы.

И, сократив расстояние между нашими губами, целует. Неторопливо. Бережно. Сладко. Будто хочет не только словами, но и действиями показать, насколько я важна для него. И что, кроме меня, ему больше никто не нужен.

Зажмуриваюсь от переизбытка эмоций и дрожу, чувствуя трепет в животе. Обнимаю шею Максима и с щемящей нежностью отвечаю на поцелуй.

Я верю Высоцкому. Верю!

Не было у него ничего с той глупой брюнеткой.

Об этом свидетельствуют его руки, скользящие по моему телу с жадным голодом. Подтверждают губы, которые с каждой секундой становятся всё требовательнее и настойчивее.

Не могу даже мысли допустить, что это притворство. Сыграть такую одержимую страсть невозможно.

— Хочу тебя, — глухо рычит боец, стискивая ладонями мои бёдра.

— У тебя разбит нос и руки, — цепляюсь за реальность. — Надо ехать в травмпункт.

— Фигня. Всё само затянется.

— Я серьёзно, Максим.

— Отстраняюсь и беру его лицо в ладони. — Ссадина уже синяком становится, — расстроено качаю головой. — Её надо чем-то обработать.

— Ладно, — парень нехотя пересаживает меня на сиденье. — Но заниматься этим будешь ты. Пристегнись.

Быстро накидываю на себя ремень безопасности, и Высоцкий трогает машину с места.

Мы едем в сторону его дома, и я нервно кусаю губы, пытаясь морально подготовиться к тому, что случится этой ночью.

Если посмотреть на нас со стороны, то можно увидеть серьёзного парня, уверено управляющего машиной, и девушку, смотрящую вдаль рассеянным взглядом.

Совершенно обычная картинка. Наполненная спокойствием, даже скукой.

На самом деле в закрытом пространстве авто витает бешеное сексуальное напряжение, от которого поднимаются волоски на теле и кожа пылает, будто её ошпарили кипятком.

Между мной и Высоцким словно протянули электрические провода, которые искрят, замыкаются и коротят. И это уже не простое лёгкое влечение. Это одержимость. Безумная.

Бешеная.

И если для опытного бойца эти ощущения скорее всего не новы, то меня буквально потряхивает от них.

Я то и дело сжимаю колени, нервно ёрзая на сиденье. Приоткрываю окно, впуская в салон свежий воздух, но легче не становится. Моё бесстыжее тело будто живёт отдельной жизнью.

— Мы едем целую вечность, — говорю, не замечая, что вслух.

— Хочешь заняться этим в машине?

— Ты о чём? — растерянно смотрю на парня.

— О моём лечении, — тянет он с усмешкой.