Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

— Просто прислушайся к моим словам, Лисён, и будь осторожнее. — Он снова опускается передо мной на корточки и, взяв антисептик, спрашивает: — Готова?

— У меня высокий болевой порог, поэтому я ничего не почу… Ай! — вся подбираюсь от резкого жжения.

Высоцкий мрачнеет, видя мою реакцию.

— Тебе отвлечься надо, — включает телевизор. — Телек смотри.

Шиплю, когда Максим снова пшикает антисептиком на царапины, и дергаю ногу в сторону.

— Капец, — бурчит парень, промокая ранку ватой. — С такой повышенной чувствительностью страшно представить, что нас ждёт дальше.

Не пытаюсь понять смысла его слов.

Хватаю из аптечки вату с перекисью, решив, что лучше займусь полезным делом и обработаю ссадину Высоцкого.

— Сядь поближе, — прошу, притягивая бойца за плечи. — Вот так... Ай! — пищу от нового пшика.

— Я максимально осторожен, Лисён!

— Не надо осторожничать, — храбрюсь. — Чем быстрее это закончится, тем лучше.

А у самой руки подрагивают, когда тянусь к лицу Максима.

Не хочу причинять ему боль, но понимаю, что это неизбежно.

Но вопреки моим ожиданиям, парень даже не морщится. Он полностью погружен в процесс обработки моих царапин, а на хмуром лице не дёргается ни единый мускул.

Удивлено хлопаю глазами и смелею. Прохожусь по ранке активнее — всё равно не получаю никакой реакции. Высоцкий как ни в чём не бывало продолжает увлеченно возиться с моими коленями.

— Тебе разве не больно?

— Терпимо, — отстраненно кидает он. — Можешь ноги чуток раздвинуть?

Не раздумывая, делаю то, что просит боец, давая ему возможность стереть остатки крови с кожи.

Какой же он всё-таки красивый… Правильные черты, уверенный прямой взгляд, выдающаяся линия подбородка. Будь он актёром, имел бы головокружительный успех. Особенно если учесть его харизму…

— Решила протереть во мне дыру? — насмешливый голос вытягивает из размышлений.

И я ахаю, понимая, что всё это время усердно тёрла ссадину, ещё больше раздражая повреждённую кожу щеки.

— Прости! — виновато пищу и, сложив губы трубочкой, дую на рану.

Воспользовавшись случаем, боец поворачивает голову, коротко целует меня и довольно тянет:

— Но мало, — машинально заканчиваю фразу.

— Запомнила, значит? — Высоцкий расплывается в улыбке.

— Такое не забудешь. Ведь это был мой первый поцелуй.

— Первый во всех смыслах, — смущённо уточняю. — До этого я ни с кем не целовалась.

Максим перестаёт улыбаться и становится серьезным.