Неужели для того, чтобы ее, в конце концов, затравила свора поганых псов, с которыми она сражалась в Чечне? Она была солдатом, она соблюдала законы войны, но, возможно, ситуация в которой она оказалась, кара за те грехи, которые она вольно или невольно совершила в своей жизни? Но причем тут ее сынишка? Почему он должен умереть?…
Сердце ее мучительно ныло. Ей было бы обидно до слез за подобную несправедливость, если бы она умела плакать. Но в том-то и суть любой несправедливости, чтобы лишить человека веры в высшую справедливость.
Если Господь забыл о тебе, значит, так тебе и надо… Значит, такова твоя планида, судьба, такова твоя доля… Значит, этого ты заслужил…
Далеко за полночь ей удалось найти убежище под большим камнем. Этот камень возвышался над грудой своих собратьев. Внизу протекал ручей, по обеим сторонам которого теснились высокие пихты и кедры. С вечера небо затянуло тучами, и Лиза опасалась, что пойдет дождь или снег. И когда верховой ветер прогнал тучи за горизонт, а в просветах между ними сначала проглянула луна, а за ней показались звезды, Лиза заметила, как ярко сверкала вода в ручье, и белели огромные валуны по его берегам.
От полной луны в тайге было светло, как днем, но впечатление портили длинные черные тени деревьев, которые перечеркнули лежавшую перед ней поляну…
Почти сутки Лиза ничего не ела. В запасе у нее оставались только шоколад и бисквиты, но она знала, что ей придется долго двигаться без остановки, чтобы уйти на безопасное расстояние от места катастрофы и от чеченцев.
Она не могла себе позволить длительных остановок, чтобы наловить рыбы или добыть птицу. Ведь их еще надо было приготовить, а для этого следовало развести костер… То есть затратить какое-то время, которого у нее не было. К тому же огонь и дым видны издалека, их сложно замаскировать, и это требует затраты сил, которых у нее осталось и так не слишком много…"
"Лиза предполагала, что боевики бросятся вдогонку, но не думала, что они осмелятся на ночные поиски.
И чтобы максимально увеличить расстояние между ней и преследователями, решила идти ночью и на протяжении всего последующего дня, насколько хватит сил, и делать только короткие остановки, чтобы покормить или переодеть Диму. Она ни минуты не сомневалась, что боевики Асланбека мгновенно или почти мгновенно вычислят, кто она такая, и сделают все, чтобы не позволить ей уйти.
Мохнатые кроны деревьев смыкались над ее головой, образуя почти сплошной, сводчатый кров.
