Видимо, потому, что давно не слышали детского плача? Или по той причине, что не могли себе представить ребенка в глухой тайге? Поэтому решили, что кричит какая-то птица.
Наконец, человек достиг избушки. Поднявшись на крыльцо, он огляделся по сторонам (бандиты видели его теперь по пояс), снял с плеч свою поклажу, и тут они испытали настоящий шок, потому что человек вытащил из «рюкзака» совсем еще маленького ребенка.
– Баба! – прошептал потрясенно Кныш. – Ей-богу, баба!
Но и без комментариев Кныша Митруха понял, что перед ними женщина.
И судя по тому, что к избушке никто больше не спустился, она шла по тайге в одиночку и без оружия. Нормального человека это могло насторожить, но Митруха был бандитом, и его не волновало, по какой причине женщина осталась одна. Главное, что она была легкой добычей, а голод заставил бандитов забыть об осторожности.
Женщина на крыльце тем временем расстегнула куртку, освободила грудь и принялась кормить малыша.
Вид обнаженной женской груди, такой пышной и упругой даже издалека, вмиг выветрил чувство голода, заменив его другим ощущением, и, чтобы от него избавиться, мужчина готов пожертвовать сытным обедом и бутылкой доброго вина.
– Я пойду, а? – глаза Кныша лихорадочно блестели, и он нервно облизывал губы.
– Сиди! – прошипел Башкир: – Я пойду! – И даже попытался подняться на ноги, забыв о том, что здесь решает не он.
Митруха молча рванул его за рукав робы. Башкир упал на колени, отчего кусты затрещали, и с них посыпались остатки листвы. Женщина мгновенно насторожилась.
Неизвестно откуда в руке у нее появился нож. Она некоторое время вглядывалась в темную чащу леса, пытаясь определить источник шума.
Но бандиты уже покинули это место. Окружив поляну полукольцом, они продолжали наблюдать за женщиной с более близкого расстояния. Теперь она была наготове и мгновенно реагировала на малейшие шумы или шорохи. Конечно, не составляло большого труда снять ее выстрелом из ружья или автомата. Но выстрелом они могли выдать себя, кроме того, Митруха подозревал, что женщина знает, как пользоваться ножом, Клинок у нее был солидный – настоящее боевое оружие, и по тому, как она держала его в руке, бандиты поняли, что пользовались им не только в кулинарных целях.
Темнота сгущалась, и Лиза, оглядев еще раз поляну, вошла в избушку. Внутри та неплохо сохранилась. У стены – деревянные полати, у окна – заваленный сухой листвой стол, за чугунной печуркой небольшой, но до утра должно хватить, запас дров.
