Требовалось совместить живую игру актеров и теневой театр. Но задача оказалась непосильной, спектакль провалился. Альвина два месяца провела в депрессии, и всем, и повсюду весьма навязчиво объясняла, что местные зрители до восприятия подобного шедевра еще не доросли.
Это было первым звоночком, но Морозов его не услышал, потому что боролся со своими тенями: последствиями бездумных реформ, дефолтом и прочими «прелестями» нового экономического мышления и политических авантюр. Вскоре Альвина забеременела, хотя отнеслась к этому событию с ужасом, и всячески пыталась убедить мужа, что в сорок два года уже не рожают…
На самом деле она очень хорошо перенесла беременность, расцвела, помолодела.
Не осталось и следов от депрессии, потому что Альвина видела, с каким трепетом муж и тринадцатилетняя дочь ждут рождения малыша. Саша появился на свет в декабре. И счастье, казалось, вновь воцарилось в доме Морозовых, правда, на короткое время.
Мальчик родился крепеньким и здоровым, на редкость спокойным и с хорошим аппетитом.
Альвина не отходила от него ни на минуту, и даже прилетевшей из Саратова матери не доверяла пеленать и купать малыша. В январе ударили небывалые даже для Сибири морозы, и внезапно у Альвины проснулись страхи потерять малыша от воспаления легких. Она на полном серьезе требовала у Виталия отправить их на зиму в заводской, расположенный в Сочи санаторий. А когда муж с трудом, но убедил ее, что долгий перелет опасен для здоровья грудного ребенка, несколько угомонилась, но заставила его нанять рабочих, которые принялась утеплять окна, двери, полы… Все чаще и чаще она стала впадать в истерику, и Виталий никак не мог понять, отчего это происходит? Ведь все домашние слова поперек не смели сказать, боясь, что состояние матери скажется на малыше.
Но вскоре причина нервозности прояснилась. В феврале на гастроли в краевой центр прибыл знаменитый московский театр со своими нашумевшими спектаклями и их постановщиком, главным режиссером Романом Тальниковым, тем самым первым мужем Альвины, от которого она сбежала в Сибирь.
Альвина узнала об этом из газет, но от мужа скрывала. И, вполне объяснимо, нервничала и переживала, потому что изначально поставила себе цель встретиться с Тальниковым, и решить вопрос о своем возвращении на большую сцену.
Результатом этой встречи и стало то гадкое и несправедливое письмо, которое превратило душу Морозова в пепел. Проще говоря, его жена опять сбежала, но на этот раз в Москву, прихватив с собой ребенка.
