А сердце нервно ерзать в грудной клетке в ожидании ответа.
И он приходит незамедлительно:
Дикарь: “В нашей ситуации встреча лицом к лицу возможна? Как думаешь, для тебя это может стать проблемой?”
Три ха-ха, Михаил Русланович.
Мила: “Ты не поедешь в Москву”
Дикарь: “Ты так в этом уверена?”
Мила: “На сто процентов”
Дикарь: “Думаешь, так хорошо меня знаешь?”
Мила: “Достаточно, чтобы быть уверенной в том, что в столицу из-за мимолетной интрижки ты не сорвешься. У тебя ферма, свиньи и коровы…”.
А еще пышнотелая хабалка Татьяна.
Вот о ней лучше вообще не вспоминать! А то в груди так давить неприятно начинает. И к горлу что-то подкатывает. Не ком ревности, нет. Ни в коем случае!
Дикарь: “У нас не было и не будет интрижки, Мила”
А вот это было… больно? Обидно? Неприятно.
Мила: “Тогда тем более не вижу поводов для личной встречи”.
Дикарь: “И все-таки я приеду”.
Мила: “Не стоит”
Дикарь: “Может, я уже?”
Мила: “Что?”
Дикарь: “Здесь?”
Мила: “Где?”
Дикарь: “Ближе, чем ты думаешь, Милка. Гораздо ближе”
Я нервно оглядываю улицу, проносящуюся за окнами такси.
Люди, магазины, машины, фонари. Ничего нового и необычного. Ни одного трактора, к слову! Да он шутит. Шутит же? Зачем ему приезжать? Не вижу ни одной внятной причины.
Я еще раз перечитываю последнее сообщение дикаря и… не отвечаю. Блокирую экран и прячу мобильник в сумочку. Наш диалог и так сильно затянулся. Мы уже почти подъехали к клубу. Я откидываюсь спиной на сиденье и все еще вглядываюсь в тени, проносящиеся за окнами. Гораздо ближе, чем ты думаешь.
Фигура речи?
Мимо проносятся машина за машиной. Яркие вывески. Красивые витрины ресторанов и баров. И люди. Много людей на пешеходных тротуарах, у метро и супермаркетов. А вот светофор… И рядом с нами, в соседней полосе, встал байкер в кожаной косухе. Плечистый такой. Большой. Внушительный. В черном шлеме. Очень похожий по фигуре на Михаила…
И сейчас этот байкер поворачивается в мою сторону. Кажется, будто смотрит прямо в упор! Я вздрагиваю и вскрикиваю от неожиданности. Водитель косится на меня в зеркало заднего вида, спрашивая обеспокоенно:
– Девушка, все хорошо?
– Д-да, – заикаюсь, смахивая с лица прядку, упавшую на глаза.
– Все отлично.
– Мы уже почти на месте.
– Отлично, – киваю. А сама вглядываюсь в шлем мужчины на внушительном мотоцикле. Явно новеньком, дорогом и сверкающим чистотой. Я пытаюсь рассмотреть лицо, но черное тонированное стекло не дает увидеть ничего. А что, если это и есть Миша?
Бред, Серебрякова! Ересь несусветная.
