— Что это, мама Бегум? — мягко спросила Ясаман, поднимая руки и позволяя слугам обтереть себя перед втиранием в тело миндального масла.
— Ты совершила ошибку, пригласив брата на празднование дня рождения, Ясаман, — ответила Ругайя Бегум.
— После отца и тебя он мой самый любимый человек, — возразила девочка.
— Твой отец никогда не простит Салима за участие в убийстве Абу-л Фазла. — Салим не убивал Абу-л Фазла, — вступилась Ясаман за брата.
— Нет, — согласилась Ругайя Бегум. — Твой брат не сжимал оружия, которое пронзило сердце Абу-л Фазла.
Но скорее всего по его указанию это сделал Бир Сингх. Это не тайна, Ясаман. Так оно, должно быть, и было. Бир Сингх при людях признал, что Салим обещал ему защиту и богатое вознаграждение.
— Трусливый бандит лжет, — гневно воскликнула принцесса, но в то же время испытала неловкость. Такой слух ходил, и она знала, как Салим ревновал отца к историку. Абу-л Фазл был добрым, умным человеком с великолепным чувством юмора. А с Ясаман всегда так любезен.
Она испытывала уколы совести. Но все же она любила брата и не верила, что тот мог пойти на убийство.
— Люди такого сорта, как Бир Сингх, открываются дружкам, чтобы отвести от себя наказание, дорогая.
— Отец простил Салима, — совсем невпопад возразила Ясаман.
— У него не было другого выбора, как простить Салима перед людьми, — терпеливо объяснила Ругайя Бегум. — Два твоих других брата, Мурад и Даниял, не годятся для правления. Салим — единственный наследник. Лишь вмешательство бабушки и Гульбадан Бегум, старой тетки отца, спасло твоего брата.
Акбар уже был готов лишить Салима наследства и объявить следующим Моголом его сына — принца Хусрау.
Принародно отец помирился с Салимом, но видеть его он не хочет. Ты поступила легкомысленно, Ясаман. Нужно было посоветоваться со мной, прежде чем посылать за Салимом. Абу-л Фазла убили год назад в этот самый день.
Потрясенная, Ясаман повернулась к ней.
— О, мама Бегум, я не знала!
— До сегодняшнего дня тебе и не следовало этого знать.
Я и сейчас не рассказала бы, если бы ты не пригласила Салима. К чему тебе знать, что любимейший друг отца и его советник убит на твое двенадцатилетие? Так трагично, что любимейший день Акбара, в который он всегда веселился, стал днем его печали.
— О, мама Бегум, я не сделаю отцу больно. Ты ведь знаешь, как я его люблю, — воскликнула Ясаман.
— Тогда пошли к брату Адали и попроси его уехать, пока не прибыл отец, — посоветовала Ругайя.
