— А почему девочку выдали замуж с такой поспешностью? — спросила старую подругу Иодх Баи. — И не говори мне о брачном договоре, который будто бы заключили во время мирного урегулирования между Кашмиром и империей. Я знаю, это не правда.
— Акбар стареет, — начала Ругайя Бегум, но маленькая кареглазая женщина прервала ее, подняв руку.
— Правду, Ругайя. А не басни, которые вы придумали с Акбаром. Неужели мы так долго были в разлуке, что ты не можешь мне сказать правду? Эта милая девочка-ребенок, которого подруга Кандра родила нашему мужу.
Твоя дочь, которую ты любила и с нежностью вырастила. Скажи мне правду!
— Правда пронзит тебе сердце, Иодх Баи, — ответила Ругайя. — Я слишком тебя люблю и не могу служить орудием, которое тебя пронзит. Не настаивай, прошу тебя!
— Правду! — не отступала Иодх Баи.
Ругайя Бегум вздохнула. Она могла отказаться, но Иодх Баи не удовлетворилась бы этим. Она продолжала бы давить на нее и, конечно, на Акбара.
— Из-за Салима, — наконец призналась она и быстро, пока не вернулась и не услышала их Ясаман, все объяснила подруге.
Добрые глаза Иодх Баи наполнились слезами.
— Ах, — процедила она, — что же делать с моим сыном? Мне больно оттого, что он мог все это совершить."
"— Дело улажено, подруга, — утешила ее Ругайя Бегум. — Салим теперь потеряет к Ясаман интерес. Не думай больше об этом, прошу тебя.
Иодх Баи кивнула:
— Но Ясаман еще так молода. Она даже не знала этого юношу, который теперь стал ее супругом.
— Уверяю тебя, его репутация безупречна. Даже при том, что ей угрожало, я бы не позволила выдать дочь за неподходящего человека.
Ш-ш-ш, она возвращается. — Ругайя Бегум встала и протянула навстречу дочери руки. — Ты готова?
— Готова, — ответила девушка.
Ругайя Бегум и поднявшаяся вслед за ней Иодх Баи осторожно провели Ясаман через террасу, вниз по мраморным ступеням к ожидающей ее пестро украшенной лодочке. Лодка была покрыта красным лаком и по всему борту расписана золотыми рисунками. Полосатый красный с золотом навес затенял обитую темно-синим атласом скамью, которую украшали пышные разноцветные подушки.
Лодочник, застывший в ожидании на корме суденышка, почтительно поклонился, и женщины, крепко обняв Ясаман, помогли ей сойти на палубу.
— Муж через секунду присоединится к тебе, — проговорила Ругайя Бегум. — Да благословит Аллах ваш союз и да сделает его плодотворным.
— Да будешь ты матерью многих сыновей, — в свою очередь пожелала Иодх Баи. — Прежде чем отправиться на юг, я заеду повидать тебя.
