Стыд и неловкость озадачили ее, привыкшую держать в узде свои чувства. Он повернул к себе ее лицо:
— Взгляни на меня, невеста. Я никогда не видел столь прекрасных глаз. Я поражен твоей невинной красотой. Скажи, что прощаешь меня. Не можешь же ты сердиться на человека, чье сердце так стремительно завоевала.
Она встретилась с ним взглядом и почувствовала, что тает под бархатно-темными глазами. Вновь заработало сознание.
— Господин, ты застал меня врасплох, — сказала она. — Я не привыкла к таким комплиментам и не знаю, как на них отвечать.
Может быть, заметить, что ты красивее даже моего брата Салима?
Он улыбнулся, а она решила, что у него чудесная улыбка: жемчужно-белые зубы сверкали на фоне золотистой кожи, красивый изгиб губ.
— Я счастлив, что любовные похвалы — первое, что слышат твои изящные, как раковинки, уши.
Ясаман не сдержалась и хихикнула. Как раковинки? Хихикнула снова.
— Почему господин так необыкновенно называет не самую красивую часть моего тела? Может быть, я и юна, но не так глупа.
Ямал-хан громко рассмеялся:
— Клянусь, принцесса, я так потрясен твоей красотой, что неизвестно что бормочу.
— Он взял ее руки в свои. — Теперь мы друзья?"
"— Не уверена, — тихо ответила девушка. — Я еще не знаю тебя, господин. И не знаю ничего о тебе, кроме того, что ты послушный сын.
— Я также мало знаю о тебе, принцесса. Только то, что ты рождена Моголу его английской женой, но выращена Ругайей Бегум.
Несколько минут они сидели молча, пока лодка неспешно скользила по озеру.
— Смотри, принцесса, — снова заговорил Ямал-хан, — луна встает.
Ясаман взглянула туда, куда указывал ее муж:
— Несколько дней назад на мой день рождения было полнолуние. А теперь она убывает.
— Зато прибывает моя любовь к тебе, — заметил принц. Ясаман снова вспыхнула. Его слова вызвали в ней трепет. Она и не представляла, что мужчина может говорить такие замечательные вещи, и они могут звучать так искренне. Может быть, конечно, только может быть, этот брак не так уж и плох и еще удастся. Но она не знала, что сказать в ответ мужу, и поэтому промолчала.
Он слегка сжал ее руку, поднес к губам и горячо поцеловал в ладонь.
— Такая изящная рука, принцесса, — прошептал он. — Мне не дает покоя мысль, что вскоре она будет ласкать меня.
Прикосновение губ к ее коже заставило сердце подпрыгнуть в груди.
— Ax! — судорожно выдохнула она, когда ощущение первого поцелуя пронзило тело и вызвало в нем приятную слабость.
Теперь замолчал он, пытаясь припомнить, сколько же ей лет.
