Дикие гуси

 — Будут у нас еще машины, верю — будут! Мы же такие молодые!

— Эх, старость, конечно — не радость, но и молодость такая гадость! Ну, ладно, будем надеяться на лучшее, давай мои чемоданы переберем!

За этим занятием их и застали трое новобранцев — Шнифт, Батон и Болт, которые, по закрепленному вчера вечером водкой «Довгань» договору именовались теперь Толиком, Лешкой и Юрой. Ну, пусть их называют так девчата, нам, я думаю, привычнее уже — по кличкам, так как ни одного доброго дела за ними еще не числилось, а коммунистический доперестроечный лозунг, как известно, гласил: «Имя крепи делами своими!»

— Все в полном порядке! — Болт шлепнул на стол увесистую пачку денег, — Мы без хазы, зато с бабками! Но если бы не Толян с Лехой…

Что правда, то правда — Шнифт и Батон ему здорово помогли в расчетах с бывшим колхозом.

Дом-то у Казанцова Юрия, то бишь — Болта, по условиям Устава приняли, а вот рассчитаться с ним пообещали в будущем тысячелетии — ну так почти везде делается: или правление потом поменяется, или колхозник помрет.

Здесь-то на сцену и вывалились Шнифт и Батон в своих импозантных костюмчиках «только вчера из магазина». Они представились корреспондентами краевой газеты, и попросили работников администрации правления ознакомить их с проблемой получения зарплаты членами АО, а также расчетами за землю и доплату в конце года. Интервью, тут же, не сходя с места, решили взять у первого попавшегося жителя пригорода, живущего на бывшей колхозной земле.

И естественно, «первым попавшимся» оказался Болт…

Получение денег в кассе АО много времени не отняло, а «корреспонденты», пообещав правленцам вместо проблемной написать статью о передовиках жатвы, испарились вместе с Болтом.

За его участок колхоз заплатил двадцать миллионов.

— Тысяча баксов за пальто! — Лина выложила на стол пластиковый сверток.

Последней примчалась Инеска и принесла восемьсот долларов — арендную годовую плату за квартиру.

— Можно было тысячу — не стала торговаться! — сказала эдак небрежно, вроде каждый день приносила по столько.

Айса разбудили их голоса — он продрал глаза, оделся и вышел в общую комнату. Юлька, завидев его, что-то шепнула Инеске.

— Айс, иди сюда! — Инеска сказала это так, будто он десять минут назад позвонил во входную дверь. — Будем подсчитывать наши капиталы!

Всего, со вчерашними остатками, получилось около двадцати девяти миллионов.