Дикие гуси

По теории вероятности, снаряд или бомба попадают в одно и то же место — один из десяти тысяч. Этот, наверное, и был десятитысячным… Они сдернули таки Гургена вниз… вернее то, что от него осталось — по ноге в руках у Олега и хохла. Остальные составляющие тела второго номера унесло в неизвестном направлении. Грунский стоял с оторванной конечностью и пристально вглядывался в дергающийся белый хвостик нерва, выглядывающий из глубины среза. До него еще не полностью дошло: как это так — Гургена уже нет, а нога его продолжает жить.

Его состояние было такое же, как пять минут назад у покойника — на лезвии бритвы между сознанием и сумасшествием, и хохол, разглядев это вовремя, «вылечил» его так же, как до этого — своего помощника: размахнувшись, двинул в ухо и тут же толкнул его на дно окопа.

— Лягай! Бо з нас тут усих нэдомиркив пороблять!

Падая, Олег с отвращением успел швырнуть кусок Гургена к ее напарнице, Петро свой «трофей» бросил на плащ-палатку.

Затем, лежа уже, принялся отчаянно блевать, от напряжения царапая пальцами стенки окопа. Хохол понимающе глядел на него.

— Було вжэ в мэнэ такэ! Промижный этап! Пройдэ и в тэбэ!

— Никогда это не пройдет! — отблевавшись, заорал Олег ему в лицо, — Пока люди будут шматовать на части себе подобных! Притерпеться к этому можно — да! Но полностью игнорировать не сможет никогда даже выживший из ума маньяк. Рано или поздно он сам себе укоротит жизнь — кошмары замучают.

И ты! Ты же просто притворяешься, пытаешься уговорить самого себя, что это тебе полностью «до фонаря»! Или я не прав?

— Ты правый! — Петро ожесточенно плюнул. — Алэ хиба про цэ трэба нагадуваты?

Олег, вспомнив о пассатижах в его кармане и шелковом мешочке с вырванными, «трофейными» зубами, быстренько заткнулся и, пораженный какой-то неестественностью наверху, завертел головой, оглядываясь, затем осторожно приподнялся, выглянул, и наконец-то до него дошло: тишина была поводом для беспокойства — «мамеды» перестали обстреливать…

К окончанию их «концертной деятельности» из тысячи трехсот человек апрельского состава бригады половина команды Григоряна присутствовала-таки на постах границы НКР, но вторая половина ее личного состава была уже недееспособна: около ста убитых, остальные — раненые…

Однако при выходе на рубежи Карабаха Рашид сделал неожиданный вывод:

От его доводов на душе у всех повеселело.