Дикие гуси

Недалеко стоял топор — почти под самым носом…

— Очухался! — радостно заорал Казарян, заметив открытые глаза Айса. — Я же говорил! С вас литра спиртяги! — рявкнул он затем Хомяку и Суке и пояснил Айсу: — Это я с ними поспорил, что ты очнешься меньше чем через пять минут! Ну так что, продолжим беседу? У нас ведь остался невыясненным главный вопрос, не так ли?

— Пошел ты с этим вопросом кобыле в одно место! — посоветовал ему Айс.

— Ах ты сволочь! — посинел майор. — Я-то, может быть, и пойду, и дойду, и даже пощупаю это место, а вот твой драгоценный приятель уже не сделает ни того, ни другого, ни третьего… Потому как нечем! — пьяно хихикнул он и заорал Суке: — А ну, раздвинь занавес, начнем спектакль!

Тот с готовностью подскочил к байковому одеялу и рванул его в сторону.

…Вазген Анастасович висел, привязанный к «шведской стенке». Вернее, висело то, что от него осталось: ни рук, ни ног на обрубленном туловище не было. Конечно, он уже давно истек кровью, которая была повсюду: на «стенке», деревянном «коне», бетонном полу… Айс почувствовал, как волосы начинают шевелиться на его голове, а к горлу подступает тугой вязкий комок тошноты.

— Это не все! — продолжал юродствовать Казарян. — Мы ему и язычок на всякий случай укоротили, чтоб не болтал лишнего. Правда, после того, как он нам адрес выложил, где ты сейчас обретаешься!

— Брешешь, паскуда, ничего он вам не выложил, иначе вы бы мучили его до моего прихода!

— А может, и не выложил! — неожиданно легко согласился с Айсом майор.

 — Да оно и без надобности! Главное — сработала наша приманка, оставленная здесь, на столе, — остатки еще теплого чифира. На которую ты отлично клюнул и прилетел сюда, как мотылек. А уж встретить тебя большого труда не составляло!

— Не пойму никак, чему ты радуешься, упырь? — с ненавистью процедил, словно плюнул, Айс.

— Ну ты даешь! Во-первых, я избавился от этого безногого козла, который мне перегадил столько планов в отношении тебя! Во-вторых, одним махом избавляюсь и от тебя, хочешь ты этого или нет.

А после избавления от чего-то гнетущего, висящего постоянно над головой, знаешь, как приятно и вольно дышится? Ну, и в-третьих, я рад, что вновь отнял у тебя свой пистолет и твои часы! — захохотал Казарян. — Как тебе это?

— Ух тварь! — задергался Айс, пытаясь освободиться.