Дикие нравы

А индюки устроились с комфортом, у командира ихнего даже поле для гольфа было…

Андрей мечтательно закатил глаза, видно воображая, что он находится не на жестких нарах, запертый в превращенной в тюрьму хижине, а сидит в компании индийских офицеров за барной стойкой в кондиционированной прохладе офицерского клуба, обсуждая успехи их полковника в любимой игре.

— Ладно, это я понял, — прервал его воспоминания Максим. — Но как ты умудрился оказаться у людоедов?

— Дурацкое стечение обстоятельств, — недовольно буркнул Андрей, с трудом возвращаясь назад к невеселой реальности.

 — Просто дико не повезло, причем дважды. Понимаешь, как раз в нашем секторе, в джунглях находилось несколько лагерей руандских хуту…

— Тормози, — махнул рукой Максим. — Ты мне так объясняешь, будто я в этой стране вырос. Что еще за хуту такие? Не забывай, мне никто ООНовских отчетов читать не давал…

— Хуту не знаешь? — удивленно вскинул голову наблюдатель. — Ну, ты даешь! Так, брат, нельзя, если уж ты сюда приехал, надо было хоть чуть-чуть разобраться в местных реалиях.

Максим лишь виновато пожал плечами в ответ, мол, надо-то, надо, но где ж на это время найти.

— Ладно, это мы сейчас быстро исправим. Короче как раз в двух соседних государствах, ну и немного в самом Киву живут две основные народности: тутси и хуту. Вообще-то это даже не два народа, а просто что-то типа аристократии и смердов. Издавна тутси были кочевниками скотоводами, вели частые войны и потому без особого труда смогли подчинить себе оседлых земледельцев хуту.

Вот и теперь, хотя у них там вроде как демократия и правовое государство, но это же Африка, потому и в Руанде и в Уганде правящая верхушка состоит из тутси, само собой все ключевые должности в армии, полиции, правительстве занимают они же. Хуту остается роль рабочей массы. Но в 94-ом году на выборах в Руанде неожиданно победил и стал президентом самый настоящий хуту, тутси так ошалели от этого, что вовремя не смогли предпринять соответствующих мер и началась их повсеместная резня. С благословления президента тутси были лишены всех своих привилегий, выгнаны со всех руководящих должностей и стали абсолютно бесправными и беззащитными, любой мог ограбить, убить и изнасиловать тутси, оставаясь при этом безнаказанным. Это был настоящий геноцид в африканских масштабах сопоставимый с тем, что вытворяли фашисты во время Второй Мировой.