На машинах здесь ездили редко, а уж если и ездили, то, как правило, на тяжелых гусеничных бронетранспортерах, размалывая и так ухабистое и неровное дорожное полотно до состояния полной непроходимости для обычного транспорта.
Целью сегодняшнего патрулирования была небольшая деревушка на самой границе сектора. Обитала в ней младшая ветвь широко расселившегося по всему Северному Киву племени кикуйю. От проживающего там информатора недавно пришло весьма интересное донесение о том, что неизвестные белые приезжали в деревню на машинах вербовать молодых сильных мужчин для работы на приисках.
Белые говорили по-французски, но информатор был полностью убежден, что этот язык для них вовсе не родной, так как даже его не слишком искушенное ухо постоянно резал жесткий лающий акцент приезжих. Одеты белые были стандартно для центральной Африки — в камуфляжную форму без знаков различия, вооружены абсолютно безликими автоматами Калашникова, которые здесь попадаются у каждого третьего жителя.
Так что никаких данных об их предполагаемой государственной принадлежности не имелось. Вербовщики предлагали весьма большие для этой местности деньги, обещали кормить работников и обеспечить жильем на месте. Многие деревенские мужчины, соблазненные перспективой хорошо заработать, согласились отправиться с ними. Никаких договоров и контрактов, конечно, не заключали, вождю заплатили солидный выкуп и щедро одарили подарками: консервами, несколькими комплектами поношенной, но вполне исправной пятнистой формы и спальным мешком на синтепоне.
Восхищенный таким вниманием вождь ничуть не возражал, против сдачи таким хорошим людям в аренду двух десятков своих подданных. Нанятых рабочих погрузили в кузов грузовика и увезли куда-то на север. Пред отъездом им был выплачен задаток, по пять долларов США на брата. Это уже говорило о многом. Ни одна официальная структура Конго не рискнула бы расплачиваться с наемным персоналом иностранной валютой, такое же ограничение было наложено и на все иностранные фирмы, имеющие в стране официальные концессии.
Выходит, рабочих для прииска вербовали не аккредитованные в стране нелегальные иностранцы, а значит, и сам прииск оказывался насквозь нелегальным.
Расхищение национальных богатств за последнее время приняло в провинции просто ужасающие размеры.
