Дикие нравы

Удивившись мельком, тому раздражению, которое вызвал ночной инцидент со следящим за ним по каким-то темным дикарским причинам бамбалом, Максим прошлепал к отдельно расположенному сбитому из досок туалету, там же находился и умывальник. Справив нужду, он долго плескался под импровизированным душем, изготовленным из поднятой на деревянных шестах металлической бочки. Поскольку встал он сегодня позже всех, воды в бочке оставалось не много, но на помывку к его несказанному удовольствию вполне хватило.

Душ отлично освежил тело, и, что самое главное, голову. Весь неприятный осадок, вызванный ночной встречей, наконец, полностью испарился, и, окончательно сбросивший липкие остатки предутренней дремы и взбодрившийся Максим в полной мере ощутил, насколько он оказывается голоден. Следовало торопиться, опоздавших к завтраку здесь ждать было не принято, и незадачливый соня вполне мог остаться без утренней пайки. Встряхнув головой, будто окунувшийся в воду пес и с несказанным удовольствием ощущая, как прохладные капли, текут с мокрых волос за шиворот, щекоча шею, Максим бодрым широким шагом направился мимо зарослей гревии вниз по протоптанной множеством ног тропинке, ведущей к развернутой под натянутым парусиновым тентом полевой кухне.

Белые наемники питались отдельно от рабочих. Для них специально были сооружены сбитые из досок столы с лавками. Для них же держали и настоящую посуду: железные миски, мелкие и глубокие, вилки с ложками и пластиковые стаканы для питья.

Рабочие питались с той же кухни, но еду получали на широких пальмовых листьях, ели руками и делали это далеко в стороне от столов, занимаемых белой охраной. Да и кормили работяг не в пример хуже, чем охранников, стараясь почаще подсовывать им незамысловатые блюда местной кухни, состоящей в основном из ямса, маниоки, да печеных бананов. Мясо рабочим полагалось три раза в неделю, остальные дни они проводили на полностью овощной диете. Впрочем, никто не жаловался, в родных деревнях они питались гораздо хуже, правда, там не приходилось работать. Но за работу платили, а если учесть, что пятнадцать-двадцать долларов в месяц, для этой страны считались вполне приличным доходом, то расценки в десять долларов за килограмм серых самородков танталита, которые в изобилии лежали прямо под ногами, добытчики считали просто сказочными, с удовольствием вербуясь на прииск целыми семьями.