Дикий вьюнок (СИ)

Поужинали мы молча и быстро. Я даже внимания особого не обратила на то, что именно ем.

Перед сном я искупалась в притащенной слугами лохани, тщательно расчесалась, натянула единственную ночную сорочку, удобную, но совершено простую, даже без единой вышивки. Когда я ее покупала, как-то не думала о том, что следующим утром возьму да и выйду замуж.

Я перетащила последнюю не затушенную свечу на столик у кровати и, подойдя к двери, нерешительно замерла. А потом подняла руку и отодвинула засов. Ладони были горячие и влажные от пота, но это быстро прошло, всего лишь стоило представить лицо Яноша в момент, когда он поймет, что дверь открыта.

Я знала, что он придет в любом случае, сделает попытку, даже если будет совершенно уверен, что я его не пущу. Янош и раньше-то был довольно упертым, а теперь, став князем, просто забыл, что такое неуверенность и на что она вообще похожа.

Сев на краешек кровати, я уставилась на дверь и подумала, хорошо бы он пришел быстрее, иначе вскоре я начну нервничать, а там, кто знает, могу и вовсе передумать.

И честно говоря… когда он вошел, на его лицо действительно стоило посмотреть. Чистое яркое изумление моментально сплавилось с облегчением и тут же ушло, превращаясь в нечто решительное и такое открытое, что сердце забилось быстрее. Хорошо бы запомнить его таким получше, чтобы потом была возможность припоминать и посмеиваться. Вот только времени запомнить мне не дали.

Одним плавным движением поставив запор на место, Янош пошел вперед и я только и успела, что вскочить на ноги.

Наверное, я слишком долго его ждала.

Наверное, и он слишком долго ждал. Мне показалось, он ко мне просто бросился. Не знаю, что было бы, попытайся я его остановить. Услышал бы он отказ? Но с другой стороны, какая разница, ведь я не собиралась этого делать.

Я много чего слышала о близких отношениях, в бараках не очень-то было принято приглушать голоса, рассказывая о личном. Та же Роксана не шибко стеснялась, пересказывая, как бывает, сносит крышу.

И это тоже было неважно, потому что когда его глаза оказались так близко, что смотреть куда-то еще стало просто невозможно, а руки обнимали меня так уверено, будто именно для этого и созданы, я успела подумать, что никогда и никто не смотрел на меня настолько восторженно и откровенно.

А потом просто растворилась в нем.