Дикое поле

Уехали — и слава Аллаху!

Занятый своими мыслями, он не обратил внимания на появление во дворе убогого нищего: мало ли тут шляется побирушек, выпрашивая подаяние и собирая объедки? Пророк велел помогать тем, кто ничего не имеет. И нищий получил миску с полуобглоданными костями, а к ней кусок лепешки. Устроившись в тенечке, он принялся обсасывать мослы, отгоняя надоедливых мух и разглядывая дом, навес конюшни, распахнутые ворота и пробегавших мимо слуг. Поев, он тихо проскользнул в караван-сарай и сел у пылающего очага.

Вскоре во дворе послышались стук копыт и громкие возгласы. Хозяин кинулся встречать новых гостей. Побирушка тоже подошел к двери и выглянул. В ворота караван-сарая въезжали десятка два пестро одетых, до зубов вооруженных турок. Впереди на белом коне ехал поджарый узколицый человек в богатой одежде, внешне не броской, но сшитой из дорогих тканей. Все его вооружение составлял засунутый за пояс ятаган с серебряной рукоятью.

— Юсуф! — повелительно крикнул он.

К нему подскочил средних лет чернобородый турок в кожаном панцире, украшенном медными пластинами, и легком островерхом шлеме.

— Прикажи все тщательно осмотреть. Где хозяин? Давай его сюда!

Услышав это, нищий незаметно выбрался из караван-сарая и, юркнув за угол конюшни, спрятался в зарослях высокой травы у забора.

Турки соскочили с коней и, рассыпавшись по двору, заглядывали в каждую щель, словно ищейки, обнюхивая все углы и стены, столбы коновязи и отхожие места.

Али-аге почтительно помогли слезть с седла и подтащили к нему хозяина караван-сарая, дрожащего от страха как осиновый лист: еще бы, не успел он избавиться от свирепого янычара и гуребов, как пожаловали стражники во главе с каким-то важным господином.

— Кто у тебя останавливался за последние дни? — играя плетью, поинтересовался Али-ага.

— Купцы, купцы были, — кланяясь до земли, промямлил хозяин караван-сарая.

— Еще? — лениво процедил ага.

— Еще? Еще были стражники, потом опять купцы, вчера приезжал янычар с гуребами, а незадолго перед ним — целый караван.

— Греческий, мой ага, греческий. Но там были и турецкие купцы. Большой караван, очень большой.

— По одежде, из бёлюка «ловчих». Грозный, высокий, сильный.

— Один? — Али-ага направился к дому. Хозяин, сгибаясь в униженном поклоне, семенил за ним.