Дикое поле

Все выехали за ворота поодиночке и собрались в балочке, верстах в пяти от крепости. Конечно, жаль оставлять бедного Макара под замком, но с затеянной Федором облавой нельзя было больше медлить. Есаул твердо решил не успокаиваться, пока не вскроет наболевший гнойник.

Он вывел казаков к морю, раскинул их цепью и велел неспешно ехать вдоль побережья, отыскивая следы татарских лошадей: старые они или свежие, не имело значения. Важно зацепиться за след и начать его разматывать. Эта идея родилась у него после того, как он догадался, что вести в Крым идут морем.

Значит, те, кто встречался с изменником в степи или под стенами крепости, должны приехать на берег.

Время близилось к полудню. От земли поднимался настоянный на травах дух, в воздухе дрожало знойное марево. Кони часто обмахивались хвостами, отгоняя надоедливых оводов, и поворачивали головы в сторону моря: им, как и людям, хотелось оставить пыльную и жаркую степь, сменив ее на прохладу пенистых волн.

Только непосвященному кажется, что степь однообразна, и в ней трудно отыскать след конника.

Для хорошего следопыта покрытая травой равнина подобна открытой книге. Вот здесь недавно охотилась степная лиса, а на том кургане пировал беркут, закогтивший добычу. Дальше прятался в норе пугливый суслик, предпочитающий всегда держаться поближе к своей кладовой, набитой зернышками. Но он бывает и очень любопытным: встанет столбиком у входа в норку, вытянет шею и смотрит, смотрит, тонко посвистывая от страха, а любопытство все равно сильнее.

Хорошим следопытом Федор себя не считал, поэтому ехал ближе к каменистому берегу, где едва ли могли сохраниться следы конных татар. Есаул твердо решил, что, если в светлое время не удастся ничего сделать, будут продолжать поиск ночью: вдруг появится далекая светлая точка чужого костра? Ну а если ничего не найдут, придется все повторять снова и снова. Враг должен быть уничтожен!

Доехали до берега Дона и развернулись в обратную сторону, захватывая широкой полосой новый участок степи.

Тонко позвякивали удила, поскрипывали седла, глухо стучали копыта, надоедливо жужжали противные мухи. Лился с неба солнечный жар, и не было ни одного, хоть махонького облачка, чтобы закрыть разъяренное светило, дать передышку людям и лошадям. И ветер, всегда вольно гуляющий по просторам, сегодня куда-то запропастился, — ах, как не вовремя! Но ни ветру, ни солнцу не прикажешь. Терпи, казак!

Прошли вторую полосу и вновь развернулись. Теперь уже к реке.