Дикое поле

Евнух вскинул голову, в его маленьких, воспаленных бессонными ночами глазах загорелся злобный огонек.

— Кто здесь ждет вестей из Москвы? — тихо спросил он.

— Пока мы этого не знаем, — вздохнул Али.

— Ты не знаешь, — поправил его хозяин. — Но должен узнать! Здесь, в столице султанов, притаились шпионы урусов!

— Молодой урус-шайтан приведет нас к ним, — твердо ответил албанец.

— Да уж, теперь мы их не выпустим, — энергично потер сухие ладошки евнух. — Но никому ни слова! Где они?

— Дурак! Где молодой урус и его спутники?

— Остановились в караван-сарае.

Шпион итальянца с ними. В последние дни он доставил нам хлопот, — пожаловался Али. — Начал ставить непонятные значки, и мы терялись в догадках, пытаясь понять их смысл.

— А-а, — отмахнулся бей и скорчил пренебрежительную гримасу. — Главное, все здесь! Я даже не рассчитывал на такую удачу. Что же касается человека итальянца, то он нам все равно скоро будет не нужен. Ты меня понял?

Фасих улыбался, что случалось в последнее время довольно редко.

Как хорошо все сошлось, словно нарочно судьба расставила его врагов так, чтобы он мог покончить с ними одним ударом. Надеялись перехватить гонца и узнать, к кому он направляется, а тот сам выдал тайну урусу, даже не подозревавшему, что его вели на веревке, как жертвенного барана. Нет, теперь урус, пожалуй, не баран, а козел! Обычно во главе стада ставят козла, чтобы он вел баранов на бойню. Вот и урус приведет целое стадо под острый нож хитроумного Фасиха. Скорей бы только! Но не будем гневить Аллаха излишней торопливостью.

В комнате незаметно появился Джафар, тихо встал в сторонке. Фасих поманил его пальцем:

— Поди-ка сюда! Ты слышал новости, которые привез Али?

— У меня тоже есть новость, — потупился Джафар. — Боюсь, она не обрадует досточтимого Фасих-бея.

— Что? Решили, кто будет великим визирем? — вскинул подбородок евнух.

— Нет, мой повелитель. Пропал купец Спиридон.

— Как пропал? — не понял Фасих. — За ним следили? Он что, уехал?

— Грек отлучился из лавки и больше туда не вернулся, — сокрушенно вздохнул Джафар.

 — Заглянул к соседу-купцу и, пока его ждали на улице, вышел через заднюю дверь и скрылся. Тех, кто его упустил, я велел посадить в подвал. Может, он еще вернется?

Толстяк с надеждой поглядел на хозяина, но тот не разделил его надежд. Лицо Фасиха потемнело от гнева, и он тихо процедил:

— Не вернется. Я не удивлюсь, если скажут, что молодой урус отлучился из караван-сарая.