Дикое золото

Лямпе с удовольствием размял затекшие запястья.

– Папиросочку не желаете? – спросил Сажин, цинично протягивая Лямпе его же собственный портсигар. – Огоньку позвольте… Итак, не будете ли столь любезны отрекомендоваться?

– Лямпе Леонид Карлович, дворянин, проживаю в Гостынском уезде Варшавской губернии, вероисповедания лютеранского, по торговой части.

– Да-да, тут все так и прописано, – сказал с детской простотой Сажин, кося глазом в раскрытый паспорт. И доброжелательно, даже участливо протянул: – Только вот какая незадача выходит, любезный Леонид Карлович… При вас обыском обнаружен еще один паспорт, столь же безупречный и не вызывающий сомнений, как первый.

Одна беда: по нему вы – и не Лямпе вовсе, а совсем даже Савельев Павел Еремеевич, происходящий из мещан Вытегорского уезда Олонецкой губернии, вероисповедания православного… Как же так, дражайший… Павел Карлович? Или – Леонид Еремеевич? По законам Российской империи, знаете ли, положено иметь лишь один паспорт. Два – это уже излишняя, мало того, сугубо противозаконная роскошь, в особенности если паспорта на разные фамилии…

– Понимаете ли, я… – начал не спеша Лямпе.

– Минуточку! – жизнерадостно воскликнул Сажин и даже с детской непосредственностью ударил в ладоши. – С вашего позволения, я сам попытаюсь найти ответ на сей ребус… Вот этот паспорт, второй, на имя олонецкого мещанина Савельева, вы обычнейшим, я бы сказал, примитивнейшим образом нашли на улице. А? Шли-шли, глазели по сторонам – а тут и паспорт лежит в пыли.

Вы его подняли, полюбопытствовали, а потом самым опрометчивым образом, не подумав толком, сунули в карман. С намерением, очень возможно, снести его впоследствии в часть, как и положено благонамеренному обывателю… Угадал?

За спиной у Лямпе тихонько фыркнули городовые.

– Самое поразительное, сударь, что вы угадали, – сказал Лямпе. – Именно так и обстояло.

– И где изволили найти сей злополучный документ?

– Да возле кладбищенской церкви.

– Место подходящее, – согласился Сажин. – В Ольховке много чего можно отыскать… Ну что же, вопрос с паспортом мы прояснили. На улице подняли. А это? – он повел ладонью над столом, где в некоей несомненной гармонии лежали браунинг, кастет и трость с наполовину выдвинутым клинком. – Сии предметы тоже на улице валялись? Поразительно, как богат наш Шантарск на нечаянные находки…

– Ну что вы, – сказал Лямпе. – Все это принадлежит мне.