От мысли о том, что где-то там, за стеной, вместе с гостями находится его жена, пока он пытается зажать в углу официантку, начинает мутить. А еще оттого, что всего минуту назад я чувствовала возбуждение от его прикосновений."
"Пока я рьяно борюсь с мужчиной, пытаясь высвободиться из цепких объятий, он проводит носом по моей шее и прикусывает тонкую кожу зубами, оставляя на ней свой след. Мне страшно. Олег может затащить меня в какой-то темный уголок и сделать все, что захочет. Внезапно я поняла, какой дурой была, садясь ночью к нему в машину.
Он же псих! Самый настоящий! А еще извращенец.
Не знаю, чем бы все закончилось, да даже не хочу представлять себе это, но внезапно со стороны двери послышались шаги, и Исаев резко отскочил от меня на несколько шагов назад.
Валентина Петровна появилась из-за угла и замерла, с подозрением посматривая на нас с Олегом.
— Добрый вечер, — приветливо улыбается Олег, словно это не он домогался меня несколько секунд назад.
— Добрый, — я вижу, что женщина уже успела сложить два и два, оценить ситуацию и поняла, что мы здесь не о погоде говорили.
Мои пылающие щеки и слегка задранный подол платья, который я поспешно начала поправлять, не оставляют никаких сомнений в ее догадках.
Глаза Исаева скользят по администратору, задерживаясь несколько секунд на бейджике с именем.
— Одной из официанток стало плохо, и я проводил ее на кухню. Я вызвал ей такси, но она отказывается ехать домой. Говорит, вы не заплатите. — Мои глаза расширяются от ужаса.
Какого черта он лезет куда его не просят?
— Нет, я просто должна доработать смену, — встреваю я, но звучит неубедительно, и я вижу пылающие искры в глазах Валентины Петровны.
— Полина, если ты плохо себя чувствуешь, то стоило сказать мне, а не беспокоить Олега Эдуардовича.
Я распознаю в ее сладких речах фальшь. Между нами троими в воздухе висит напряжение, и я всеми фибрами души ненавижу сейчас Исаева за то, что из-за него могу остаться без подработки.
— Да, конечно, просто…
— Дадите ей расчёт, а то девушка переживает, что останется без денег? — Олег насмехается над ней, и мне хочется убить его.
Он ведь специально это делает.
— Ей не о чем переживать. Езжай домой, Полина. За деньгами приедешь потом.
Я хочу возразить, но направленные на меня взгляды не дают этого сделать. Наверняка Валентина Петровна решила, что я наговорила о ней всякие гадости Исаеву.
— Что ж, раз этот вопрос решён, позвольте, Полина, проводить вас и посадить в такси.
